Мои люди будут стрелять по ногам, что, в общем, не смертельно, однако крайне неприятно… Ясно?

– Что тут неясного… – проворчал Мазур.

– Руки держите за спиной, пожалуйста.

Они с Самариным двинулись под конвоем четырех автоматчиков. В одном Мазур быстро опознал подчиненного Ожье – не того, что пытался шаманскими зельями умилостивить большого музунгу, второго.

– Ксавье, кто вы такой? – спросил Мазур, не оборачиваясь.

– Патриот своей страны, мистер Мазур, – хохотнул Ксавье. – Вас такое объяснение устраивает?

Мазура оно совершенно не устраивало. Патриот? Мало ли гнусностей творилось под этой абстрактной маской? Но он благоразумно промолчал.

Вскоре их с Лавриком втолкнули в корабельный лазарет, где в уголке уже сидели испуганная Мадлен и Дракон, на вид растерянный, подавленный, но в душе, конечно, кипевший холодной мстительностью.

«Цивильных» они, конечно, без особого труда ошеломили и согнали в кучу, как баранов. Дальше «каптерки», разумеется, не продвинулись. Ребята, вернувшись, размазали бы эту банду по стенам… но они ни о чем не подозревают, по-стахановски трудятся возле «Агамемнона»… Интересно, успел ли дежурный по «каптерке», прежде чем до него добрались, подать сигнал в «секретную часть»? А если успел, что толку? Мичман в «секретной», конечно, затаится, но ничего пока что предпринимать не станет.

Положеньице…

Ксавье непринужденно занял место доктора Лымаря за белым столом. Рядом с ним присел на краешек стола плотный бородач лет сорока, державшийся со спокойной уверенностью командира. Автоматчики оттянулись к двери, где и выстроились в шеренгу, держа четверых пленников на прицеле."

"– Итак, господа… – сказал Ксавье, вытянув из нагрудного кармана тонкую сигару.

 – Могу вас обрадовать: операция прошла прекрасно. Радиорубка захвачена, радист нейтрализован, ваш первый помощник, капитан, перед лицом убедительных, отточенных до бритвенной остроты аргументов уже обрисовал по внутренней судовой трансляции положение дел и убедительно просил не сопротивляться. Так что мы можем беседовать совершенно спокойно. Причем я бы вам решительно не советовал питать глупые надежды на помощь извне. Весь окружающий мир ничего о случившемся с вами не знает и не узнает еще долго…

– Поменьше болтовни, Ксав, – буркнул бородатый.

Судя по лицу Ксавье, в данном случае он был простым подчиненным, а вот главным – как раз бородач. «Симпатичный мужик, – оценил Мазур, – такой глотку перережет без всяких угрызений совести…»

– Хочу вам представить господина Таберже, – показал Ксавье на бородатого. – Начальник штаба Фронта национального освобождения Восточных островов.

– В просторечии – «синие акулы», – пробасил бородач. – По терминологии правящего режима – «сепаратисты».