Трясясь от страха, Нестеров разрезал веревки, упаковал беднягу в занавеску, которую сорвал в ванной, отнес в автомобиль, запихнул в багажник и поехал в деревню, где у него был дом. Илью колотило в ознобе. Внимательный, приветливый кардиолог Михаил Аркадьевич оказался сумасшедшим. Здоровый психически человек никогда ничего подобного не сотворит. Оставить труп на проспекте? Ага! Нашел дурака! Там полно магазинов, во всех на улице при входе видеокамеры. Илюша не намерен засветиться в муниципальном «кино». Своих «спящих красавиц» он всегда устраивает в местах, где нет наблюдения.

Закопав несчастную на огороде, Илья приехал домой, рухнул спать, но не успел он закрыть глаза, как позвонила мама, она закричала:

— Немедленно забери меня отсюда. Вместо Михаила Аркадьевича пришел новый врач, который мне совсем не нравится.

Нестеров подумал, что кардиолог попался полицейским, очень скоро те узнают, кто труп прятал, стартует беда, и запаниковал:

— Куда твой прежний доктор подевался?

— Ему вчера плохо стало, — объяснила мать, — в обед его положили здесь в реанимацию. Сам людей лечит и сам же инфаркт заработал.

— Так он не мог мне ночью звонить! — вырвалось у Ильи.

— Не пори чушь, — рассердилась мать, — бедному Михаилу Аркадьевичу совсем плохо, говорят, он не выживет. Не хочу здесь оставаться! Увези меня домой. Нашу палату отдали противному мужику, который с больными вообще не разговаривает.

Вот и вся история.

Нестерову оставалось лишь гадать, кто его отправил за трупом? Но единственное, до чего он додумался, это то, что таинственный мужик нарочно включил некий бытовой прибор, типа фена, чтобы Илья не опознал его голос. Зря он старался.

Парень всего раз беседовал с врачом в тот день, когда привез мать. Илья нервничал, боялся, что она умрет, он совсем не помнил голос эскулапа.

История звучала фантастично, но Родион в нее поверил. Почему? Илья психически нормален, пытать кого-либо не его конек, Нестеров очень боялся оказаться на зоне, поэтому он заботливо укрывал ограбленных женщин. И убить человека совсем не просто. Для того чтобы решиться на этот шаг, нужно иметь определенный тип личности или впасть в невменяемое состояние. Но эксперт, который работал с трупом, заявил сразу:

— Преступник долго мучил несчастную.

Ни о каком аффекте речи быть не может.

С Нестеровым поговорил психолог и дал заключение: Илья может украсть все, что плохо или хорошо лежит, он болтун, легко уговорит женщину на что угодно и не станет мучиться совестью, выдергивая из ушей очередной спящей девушки сережки или стаскивая с ее пальца помолвочное колечко. Но лишить кого-то жизни Илья побоится, и он не садист.

Колыванов, несколько раз пообщавшись с вором, и сам это понял. У него появилась масса вопросов.