Глава 16

— Боже, — прошептала я, — что здесь происходило?

— Похоже на тюремную камеру, — сказал Костин, — на полу грязное одеяло, к стене цепь прикована, грязи по колено.

— И ведро, — пояснил эксперт Сергей Чесноков, который прибыл вместе с Вовой, — оно туалетом служило.

— Где пленница? — спросила я.

— Когда мы приехали, замок на двери был заперт, — сказал Чесноков, — но внутри не оказалось ни одного человека. Вывод: арестанта увели.

— Эй, сюда, — крикнул из коридора другой наш сотрудник, Леонид Бурков, — я думал, это шкаф, а там вона чего!

Я кинулась на зов, увидела открытую дверь в стене, прошла в нее и очутилась в небольшой комнате, там стояли письменный стол, около него стул, а напротив табуретка. Вся мебель была привинчена к полу.

— Напоминает кадр из сериала о жестокостях НКВД в тридцатых годах, — заметил Володя, — интересный, однако, домик.

— Почему Галя сказала Антону про катакомбы? — спросила я.

— Мы не знаем точно, кого тут держали, — возразил Костин.

— Но женщина просила позвонить Тане, — напомнила я. — Антон мог не разобрать слово «Хухрик», ему послышалось Хухря.

— Это не доказательство, — уперся Володя.

— Нашли пуговицу, — сообщил Леня, входя в помещение, — вот она.

Я взглянула на прозрачный пакет, который Бурков держал в руке, вытащила телефон, сделала фото и отправила Тане с вопросом: «Когда-нибудь видели эту пуговицу?»

Ответ прилетел мгновенно.

«Да. На кофте Гали. Она ее надела в день исчезновения. Розовый шерстяной кардиган».

Я хотела сказать Володе, чтобы он наконец признал: тут держали Галю, но не успела, телефон затрезвонил в руке. Меня искала старшая сестра Утятина.

— Слушаю, — произнесла я, включая громкую связь.

— Вы нашли Хухрика? — закричала Таня. — Где? Нет, нет, я не то спросила. Галочка жива? Скажите «да»! Умоляю, скажите «да». Пусть будет «да». Ну, пожалуйста!

У меня перехватило дыхание, я протянула трубку Володе, тот откашлялся.

— Добрый день, Татьяна. Я Владимир Костин. К сожалению, мы пока ничего не знаем о судьбе вашей сестры.

— Это ее кофточка, — перебила его Утятина, — такими в Москве не торговали. Галя привезла две из Италии. Голубую подарила мне, розовую оставила себе. Пожалуйста! Скажите честно, что с ней. Лучше ужасная правда, чем ужас без конца. Я готова принять любую весть! Сестры больше нет?

Костин тяжело вздохнул.

— При проведении следственно-оперативных действий обнаружена пуговица. Мы пока не можем утверждать, что она от вещи Галины.

— На матрасе есть волосы, — сказал Сергей, — несколько с луковицами.

Володя кашлянул.

— Татьяна, у вас остались вещи Галины? Зубная щетка? Расческа?

— ДНК, — прошептала Таня, — я ничего в ее комнате не убирала. И в ванной все на месте.

— Вот и хорошо, мы их возьмем.