Рано утром 13 июля Бенедетти поспешил на Брунненпроменад, чтобы не упустить кайзера во время моциона. Вильгельм I еще издали приветливо помахал ему газетой, в которой сообщалось об официальном отказе Леопольда от испанского престола:

– Вот видите, Бенедетти, как все идет хорошо!

Вслед за этим Бенедетти, сгорая со стыда, был вынужден передать ему волю своего императора. Смысл требований таков: Вильгельм I дает Франции твердые гарантии в том, что никто из семьи Гогенцоллернов впредь никогда не осмелится претендовать на чужие престолы. Вильгельм I справедливо ответил Бенедетти, что все что можно он уже сделал:

– Какие же еще гарантии нужны Франции?

Но тут пришла новая телеграмма из Парижа – от короля требовали не только устных гарантий, но еще и заверение в письменном виде, что Пруссия не станет посягать на достоинство французской нации. Это уж глупо! Вечером кайзер отъезжал в Кобленц к жене, а на вокзале опять встретился с Бенедетти. Понимая, что посол лично ни в чем не виноват – он лишь исполнитель чужой воли, – король дружески протянул ему руку:

– Всего доброго, посол! Через несколько дней я буду в Берлине, и там мы с Бисмарком все уладим.

В вагоне король велел секретарю фон Абекену:

– Генрих, изложите все слышанное в депеше и телеграфируйте на берлинский адрес господина Бисмарка…

* * *– Чтобы эта склочная Франция увернулась от войны – да ни за что! – говорил Бисмарк, приглашая гостей к столу.

Их было двое: Роон и Мольтке. Хозяин ворчал:

– Нашему кайзеру надавали в Эмсе по шее, а он как ни в чем не бывало поехал в Кобленц… а там – фру-фру!

Был теплый берлинский вечер, пахло резедою из сада. Парижские газеты оповещали мир, что Бисмарк скрылся в Померании. А он здесь, в Берлине! Подвыпив, канцлер сказал:

– Я уже телеграфировал семье в Варцин, чтобы не трогались с места. Возможно, мне осталось одно – отставка…

Он был подавлен и не скрывал этого. Генералы тоже пришли в тусклое уныние. Мольтке заявил с прямотою солдата:

– Король лишил нас дивного повода к войне!

Сообща стали думать, как бы вызвать Францию на удар по Пруссии, чтобы потом воевать с чистой совестью. В этот-то момент бог не оставил их своею милостью – Бисмарку принесли Эмскую депешу от фон Абекена; он прочитал ее четыре раза подряд и протянул руку над столом:

– Дайте что-нибудь… хотя бы карандаш! – С карандашом в руке, не отрывая глаз от депеши, он резко спросил: – Мольтке, вы можете поручиться мне за победу над Францией?

– Успех армии обеспечен, – последовал ответ.

– Роон, – спросил Бисмарк, – вы, как военный министр, можете поручиться за точную организацию снабжения армии?

– Армии не хватает только мармеладу.

– Хорошо, – поднялся Бисмарк. – Тогда, друзья, ешьте и пейте, а я… на минутку оставлю вас.