— Он работает рука об руку с нашим местным окружным прокурором. Они оба хотят, чтобы Мирне Дейвенпорт вынесли обвинительный приговор за убийство мужа во Фресно. Ее там могут приговорить к смертной казни, а могут и не приговорить. Как только то дело будет закончено, ее привезут сюда и будут судить за убийство Гортензии Пэкстон. Здесь она точно получит смертный приговор. Это будет несложно, в особенности, если они во Фресно добьются обвинительного приговора за убийство любого рода, пусть даже по неосторожности.

— Ты хочешь сказать, что точно будет два дела, и при рассмотрении одного будет упоминаться второе?"

"— Даже при нынешних довольно либеральных правилах, допускающих показ общей схемы действия, им будет сложно связать два дела, — ответил Мейсон.

 — Окружной прокурор во Фресно явно захочет использовать дело об отравлении Гортензии Пэкстон как мотив для убийства Дейвенпорта. Он будет развивать эту теорию. Но у правоохранительных органов Лос-Анджелеса возникнут сложности с притягиванием дела Дейвенпорта к делу Пэкстон. Вероятно, именно поэтому они и решили вначале судить ее во Фресно за убийство мужа. И если ей выносят обвинительный приговор по одному из этих дел, то как только она занимает место для дачи свидетельских показаний при рассмотрении второго дела, они покажут, что она уже была осуждена за совершение тяжкого преступления. Они сообщат присяжным, что это было за преступление, и это очень осложнит ее положение.

— Я понял, — сказал Дрейк.

— Поэтому для нас крайне важно собрать факты, причем все факты и, если возможно, первыми. Мы должны опередить полицию, — объявил Мейсон.

— Это трудное задание, — заявил Дрейк.

 — У правоохранительных органов там масса преимуществ. У них много людей. У них власть. Они знают все входы и выходы и хорошо ориентируются в своем округе.

— Я в курсе, — кивнул Мейсон. — Но, не исключено, они не понимают, насколько важно собрать всю информацию о Стэнтоне и соотнести ее со всем случившимся. Кое-что нам удалось установить совершенно точно. Эд Дейвенпорт работал над чем-то важным. Вероятно, его жена об этом не знала. Что-то подозрительное есть и в случившемся в Сан-Бернардино. Когда мы с Деллой двенадцатого числа находились в Парадайсе, зазвонил телефон.

Это был междугородный звонок из Бейкерсфилда, из уличной телефонной будки. Трубку сняла Делла Стрит. Стоило ей ответить, как какой-то мужчина быстро произнес: «”Тихоокеанские палисады”, мотель в Сан-Бернардино, тринадцатый домик». После этого он повесил трубку.

— И все? Больше ничего не сказал? — уточнил Пол Дрейк.

— Все, — подтвердил Мейсон.

— Получается, что мотель собирались использовать для чего-то важного, — сделал вывод Дрейк.