Конечно, она уже видела его без одежды, как и он ранее успел исследовать каждый кусочек её тела, но сейчас это было не менее волнительно.

— Спинку потрёшь?.. — смущённо пролепетала Наталья.

— Несомненно, — проговорил Михаил, глядя в её глаза.

Она была прекрасна с этими влажными волосами, струившимися по стройному телу. Несмотря на зиму, золотистый загар ещё не сошёл с её гладкой кожи. Видимо действительно предпочитала нежиться под щедрым солнцем, сбегая, как перелётная птичка, в южные страны.

Боже, она ведь не должна смущаться, верно? Или должна? Или нет?.. Пока металась в своих мыслях, Громов только усмехнулся и мягко коснулся губами её плеча, прокладывая по мокрой коже дорожку к шее. Воспоминания о прошлой ночи моментально ожили в её памяти. Доверяясь, Наталья потянулась к нему, забывая о том, что беспокоило её мгновение назад.

Михаил провёл ладонями по влажной спине девушки, и по ягодицам, привлекая её всё ближе. Грудь Натальи прижималась к нему в нетерпеливом порыве, и она вторила мужчине, исследуя его тело, от широкой груди, к талии и узким бёдрам.

Громов поцеловал её подбородок, а затем протянул руку за спину девушки, и взял с небольшой полки флакон с гелем для душа. Он вылил немного на Наталью, и его мыльные руки вновь принялись скользить по её телу. У неё кружилась голова, и подгибались колени от этой неизвестной ранее ласки. Кажется, она сходила с ума, стоило этому мужчине коснуться её, открывая новый мир чувственности.

Не в силах совладать со своими эмоциями, Наталья приникла к нему, сплетая их пальцы, словно моля дать небольшую передышку. Но Михаил увлёк её под душ, целуя под льющимися на них горячими струями. Когда же потянулся и закрыл кран, то прижал Наталью спиной к стене. Его грудь так же тяжело вздымалась при каждом вздохе. Мужчина опустил руки на её бёдра, склоняясь над девушкой, и вода с его волос теперь текла по её лицу.

Его потемневший взгляд придал ей уверенности, и Наталья притянула к себе голову Михаила, заставляя склониться ещё ниже, чтобы в следующий момент припасть к его губам. Её язык смело скользнул в его рот, и Громов ответил ей, приподнимая, и вынуждая обвить его ногами за талию. У неё вырвался тихий стон. Наталье вновь не терпелось прильнуть к его губам, и почувствовать силу его объятий."

"Громов умел целоваться. О боже, и в самом деле умел… неслось в её разгорячённой голове. Рука Натальи скользнула по влажному животу Михаила вниз и, отпрянув от её губ, он что-то тихо прошептал охрипшим голосом. В полумраке комнаты, куда он принёс её, Наталья почти тонула в сером взгляде, полном желания, в котором разгорался огонь, как и в камине за её спиной.

Михаил опустил её на расстеленную постель, и его горячая ладонь легла на её живот.