— Ещё какой бабуин, — закивала я головой. — Просто король среди них! Убери его отсюда!

— Нет! — насупилась Таня.

— Тогда я сама его попрошу на выход, и можно даже без песни.

— Ну, Диан, — остановила меня за руку подруга. — Мы ведь ничего плохого с ним не делаем. Котлеты пожарили. Фарш, кстати, купил Мирослав.

— Как благородно! Ну, хоть не объел нас. Буду ему за фарш в подарок всю жизнь благодарна!

— Да, можно быть благодарной и не фырчать, — заломила одну бровь Таня. — Говорили, между прочим, о преподавателях. О Станиславе, кстати, тоже. Оказывается, Мир с ним знаком давно.

— Правда? — заинтересовалась я, забыв, что злилась ровно три секунды назад на Мира до слов о Стасе. — А что он тебе рассказал?

— Хочешь знать? — сузила глаза Таня.

— Да!

— Тогда не бузи, что он здесь, а вечером, когда Мир уйдёт, я тебе всё расскажу.

Я не ответила. Мириться с его присутствием в нашей квартире не очень хочется, с учётом того, что комната у нас одна на двоих.

— Мир предложил кино глянуть вместе. Тебя тоже пригласил.

Фыркнула в ответ. Ещё бы, меня всё равно особенно никуда не деть. Если только не попросить меня выйти в кухню.

— Я не хочу."

"— Да брось ерепениться, Диан, — нахмурилась Ежова. — И привыкай. Он будет тут бывать.

— Тогда я перееду в общагу, — заявила я.

— Наши месте уже отдали. Забыла? — спросила подруга.

— А, да, — совсем поникла я. — Но вы могли бы встречаться где-то в другом месте?

— Сегодня нам захотелось домашнего уюта.

— А почему к нему не пошли? Кажется, у него должна быть квартира. Он же мажор.

— Есть, но только он далеко живёт, сказал. И хотел побыть со мной на моей территории.

— Да врёт, наверное, — хмыкнула я. — Неужели родители не могли ему купить или снять квартиру ближе?

— Ну какая разница, Диан? Сегодня мы здесь. Ты идёшь смотреть с нами фильм?

— Нет, — отрезала я. — И проваливайте из кухни, я есть хочу.

Мирослав и Таня перешли в комнату, а я пошла в кухню и осталась ужинать. После своей одинокой трапезы вернулась к ним, но проигнорировала просмотр фильма и уселась на свою кровать, застеленную зелёным пледом. Демонстративно достала наушники и телефон. Пусть смотрят свой фильм сколько им влезет.

Однако спокойно слушать музыку мне не давало кое-что. Если быть точнее — взгляды Ланского. Он вообще понял, о чём фильм-то? Приобнимает Татьяну, а сам, сидя с краю на её кровати, смотрит на мои губы. Кажется, их даже покалывать стало, а я сама превратилась в какой-то сплошной нерв.

В животе ёкало каждый раз, когда я встречалась с его серыми глазами или ловила их взгляд то на губах, то на бёдрах, то в районе груди. Заёрзала на кровати. Мне неуютно под этими взглядами, значения которых я не понимала.