Ее голос было просто не узнать. Отчаяние, гнев, требование – все смешалось.

– Вы меня слышите?

– Слышу, – заверила я. – Только не очень понимаю.

– Этого быть не может! – упрямо продолжала она.

– Варвара, поконкретнее можно?

– Моя дочь не наркоманка!

Свободной рукой я потерла глаза. Было ощущение, что либо я все-таки еще сплю, либо Антохина бредит.

– С чего вы взяли?

– К ней заявились с обыском, – с запалом начала она. – В пять утра. В пять! Это вообще нормально?

– Вообще – нормально, – заверила я. – Самое обычное время для обысков.

– Но с какой стати?

– Насколько мне известно, в телефоне покойной Наташи Суховой нашли активную переписку с вашей дочерью.

Общались они незадолго до смерти Наташи. Вероятно, именно это послужило основанием.

– Естественно, обнаружили! Они же дружили. Я вам рассказывала…

– Ну вот. Это просто проверка, ничего страшного.

– Как это ничего страшного? – не унималась Варвара. – Но моя дочь не наркоманка!"

"– Послушайте. – Я делала над собой усилие, чтобы мой голос звучал как можно спокойнее. – То, что в крови Суховой нашли наркотики, не говорит о том, что она была наркоманкой.

Девушку могли ими накачать против ее воли. Такое, к сожалению, случается. Кроме того, даже если покойная и пристрастилась к запрещенным веществам, вовсе не обязательно, что ваша дочь тоже имеет эту пагубную зависимость.

– Ах вот оно что! – неизвестно чему обрадовалась Антохина. – Значит, это Наташка заставила мою Весточку хранить эту дрянь у себя.

Варвара, разумеется, не могла знать о найденных в крови Суховой наркотиках. Я спросонья подумала, что она говорит именно об этом. Переживает, что дочка дружила с наркоманкой.

Но, похоже, что говорила она совсем о другом.

– У Весты нашли наркотики? – уточнила я.

– Да! – прокричала Варвара в трубку так громко, что мне пришлось убрать телефон подальше от уха. – Но этого просто не может быть. Сделайте что-нибудь, Татьяна, я прошу вас.

– Весту задержали?

– Да, – ответила она и заревела белугой.

– Успокойтесь, – попросила я, зная заранее, что просьбу мою она выполнить не сможет. – Я все выясню и дам вам знать.

Закончив разговор с Антохиной, я направилась в спальню. Лазарь открыл сначала один глаз, затем другой.

Наконец посмотрел на меня и улыбнулся.

– Иди сюда, – позвал он, откидывая одеяло.

– Я должна ехать, – обреченно произнесла я. – Прямо сейчас.

Мы смотрели друг на друга и, кажется, мысли наши в этот момент совпадали.

– Что ж, в жизни мало справедливости. Благо есть такие удивительные моменты, которые хочешь помнить всегда. Даже если вдруг тебе повторно прострелят башку.

– Уж постарайся этого не допустить!

Я наклонилась и провела рукой по его волосам, обнажив пару шрамов.