– Знаешь, кого я увидел перед собой в день нашего знакомства? – широко улыбнулся Макс. – Нервную, дерганую девицу, которая вздрагивала от каждого шороха. А еще ни с кем не разговаривала и чуть что старалась удрать в свою комнату.

– Я и в самом деле была такой, – согласилась девушка. – Нас только что привезли из монастыря. Ведьмы говорили нам, что все Созерцатели – настоящие садисты и сумасшедшие. Сложно было начать доверять людям. А знаешь, кого увидела я в день нашего знакомства?

– Кого же? – заинтересовался Макс.

– Симпатичного, но слегка заносчивого парня, с ног до головы перемазанного какой-то отвратительно воняющей гадостью. Ты ругал последними словами Алекса, который выглядел точно так же, и я думала, что ты сейчас его прикончишь прямо у меня на глазах.

– Помню, – хохотнул Макс. – Мы как раз вернулись с ним с очередного задания. Нам там пришлось здорово поплескаться в одном вонючем болоте. И как всегда, именно Грановский втянул нас в неприятности. Я был страшно зол. Рад, что ты изменила свое мнение обо мне. Хотя я и сейчас выгляжу не лучше. Весь в грязи и саже…

– Ты прекрасно выглядишь. – Камилла подошла к нему и обняла Макса за талию. – Некоторым людям грязь и лохмотья идут куда больше, чем золото и богатые одежды. Я очень рада, что судьба свела меня с тобой.

Макс слегка опешил, но тут же обнял ее в ответ.

– Я тоже рад, – признался он. – Мы столько пережили вместе. И столько еще переживем. Иногда я даже жалею, что мы не…

Но Камилла не дала ему договорить. Она встала на цыпочки, обняла его за шею и поцеловала. Беркут замер, словно боясь пошевелиться, но затем крепко прижал ее к себе и поцеловал в ответ. Его губы были мягкими и теплыми, тело очень горячим. А еще от него пахло гарью, но в этот момент для Камиллы не существовало более приятного запаха.

Они долго целовались, Макс обнимал ее, и Камилла чувствовала себя самой счастливой девушкой на свете. Наконец ее желание осуществилось. Макс не оттолкнул ее, напротив, он чувствовал то же, что и она.

Девушка провела руками по его мускулистым плечам и вдруг ощутила, что Макс становится все горячее. Она будто стояла рядом с раскаленной печью. По ее спине скользнуло что-то острое, и Камилла сдавленно охнула от боли. Беркут вопросительно взглянул на нее. Его глаза, которые уже так долго сводили ее с ума, снова изменились. Теперь они отливали золотом.

Камилла удивленно посмотрела на Макса, взяла его за горячие руки, пытаясь понять, что именно оцарапало ее. Макс, ничего не подозревая, опустил голову и вдруг испуганно отпрянул от Камиллы. На его руках проступила тонкая чешуя, блестящая при дневном свете, как золото. Кончики пальцев оканчивались острыми белыми когтями.