Я согласился с тем, что моя пища сегодня не будет суперполезной, и подтвердил действие.

— Кто-то уже звезда местных новостей? — сообщила Эбби и как бы в доказательство своих слов протянула мне свою тач-панель, где была открыта страница с трансляцией со свалки. Прожекторы, полицейские мигалки и озлобленная морда Бласса со сломанным носом.

Я хитро улыбнулся и покачал головой. Пусть уж без меня разберутся, Авангарду полезней имидж свой повышать. А я никогда не замечал у себя тяги к публичности. Максимум, что со мной случалось в моей прежней жизни — это упоминание фамилии в составе спасательного отряда, если удавалось разрулить что-то сложное или то, на что было обращено пристальное внимание руководства региона, а, следовательно, и всех СМИ. Ну еще бывшая девушка наши совместные фотки иногда выкладывала на своих страничках в социальных сетях. Вот и вся публичность.

— Скажите лучше, как вам награда в четыреста пятьдесят тысяч? — я отвернулся от тач-панели Эбби и вытащил из микроволновки свой бургер.

Аромат разогретого мяса разнесся по кухне, чем тут же возбудил дремавшего у ноги Джейка чибзика. Посмотрел на монстра, голодные глаза которого, казалось, сейчас станут размером с блюдца, и не выдержав всей отразившейся в них голодной боли, отломил кусочек пересохшей булочки и отдал чибзику, а сам с удовольствием вгрызся в заменитель мяса между остатками заменителей хлеба. Ну хоть помидор плюс минус настоящий, а соусы тут даже вкуснее.

— Можем внести предоплату за бетонную времянку, — предложил Роберт, когда удостоверился в том, что чибзик не умер голодной смертью.

— Новая буровая установка? — сказала Эбби.

— Бассейн на станции? — почти одновременно присоединились к разговору австралийцы.

— А, может… — и понеслось по кругу.

Оставив воодушевленную команду обсуждать будущую покупку, я отправился в душ. Вывернул кран почти на максимум в сторону красного датчика и с наслаждением ощутил, как горячие струи воды побежали по моему телу.

Оказавшись в своей комнате, позвонил Анне. Девушка подошла после третьего сигнала.

— Ты что-то зачастил, — сказала Анна вместо приветствия.

— Просто нравится твой голос.

— Очень остроумно, — звучала Анна снова бодро и уверенно. И следа не осталось от плохо скрываемой растерянности, которую я слышал в ее голосе в прошлом разговоре.

— Как у тебя дела? И как миссия?

— Сам понимаешь, я детали тебе сообщить не могу. Но все прошло успешно. Я не все видела, нас позже запустили. Сейчас работаем внутри, изучаем местную лабораторию или я пока не знаю, как это лучше назвать.

— И что нашли? — поинтересовался я.

— Белов, слова «второй уровень секретности» тебе о чем-нибудь говорят?

— Ну второй не первый. Но я рад, что ты в порядке, — отозвался я.