И мне приходится искать его по библиотекам, подгадывать нужное время, чтобы он обратил на меня больше внимание, чем на старинные фолианты!

— Но, дорогая, позволь заметить, что сегодня ты пришла сюда раньше, — с усмешкой откликнулся демон. Библиотекарь перевел взгляд с него на меня, ожидая следующего выпада.

— Правда? — нахмурилась я и цокнула. — Это действительно так. Тогда все иначе, уважаемый исс. Мой муж пытается стребовать с меня супружеский долг везде, вот и приходится прятаться от него по библиотекам, зная, насколько муж любит книги и что он не посмеет прелюбодействовать в священном храме знаний.

И на последней фразе Раал так жарко взглянул на меня, что я растолковала это так: он вовсе не прочь прелюбодействовать прямо здесь, даже при свидетелях! Я расплылась в широкой улыбке, а демон подмигнул мне. Библиотекарь продолжал хмуриться.

— Так кто кого домогается? — явно находя нестыковки в рассказах, спросил он.

— Он!

— Она!? одновременно воскликнули мы, и муж добавил: — Моя жена просто с ума по мне сходит.

— Даже не буду отрицать, — хмыкнула я, — ибо твоя фантазия еще и не такое выдумать может.

Раал приподнял брови, но не ответил, так как наш зритель ретировался, решив, что с нами он сам с ума сойдет. Каган поднял лестницу (удивительная картина, между прочим!) и обратился ко мне уже вполне серьезно:

— Что ты здесь делаешь?

— Если я признаюсь, ты будешь надо мной смеяться, — смутившись, пробормотала я.

— Не томи, — поторопил муж, и мне пришлось со вздохом признаться.

— Я запомнила твой разговор с друзьями о ментальном вмешательстве и теперь пытаюсь найти защиту от тебя.

— Защиты не существует, — моментально ответил он. — Точнее, такая защита тебе не понравится.

— О чем ты? — разочарованно спросила я, заправив выбившуюся прядь волос за ухо.

— Единственная ментальная защита информации — это уничтожение носителя. При попытке «взлома» мозга она срабатывает и уничтожает мозг. Вряд ли тебя устроит такой исход.

— Ты прав, — сглотнула я.

Получается, мой план провалился. И никакой защиты от Раала и его друзей у меня не будет. Что мне в этом случае делать? Ума не приложу! Что ж, тогда делать мне здесь больше нечего, пора возвращаться домой.

— Тогда я, пожалуй, пойду.

— И даже не будешь спрашивать, что здесь забыл я?

— К чему? Ты же не хочешь рассказывать мне о своих планах, а я пока не готова услышать жестокую правду, — пожала плечами я и прошла мимо мужа.

Неожиданно во мне проснулось озорство (если оно вообще когда-нибудь засыпало), и я вернулась и, привстав на цыпочки, поцеловала демона в щеку. Глаза Раала расширились, но я уже отстранилась и направилась в сторону выхода. Сердце пело. Мне очень нравились наши отношениями такими, какими они были. Я не люблю ссориться с ним.