Оба высокие, сильные, в вельветовых джинсах и кожаных куртках.

— Ты меня прости, Саня, — сказал Кудин, — ты как пришел, я на тебя посмотрел и подумал, что тебе не блатных, а бабочек ловить.

Крылов засмеялся:

— Ты скажешь, Олег. А ловить, как ты говоришь, мне приходится. Только тебя я не ловил. Я тебя искал, потому что ты нам помочь можешь.

— Я, конечно, судимый. Куда денешься. Два срока тянул. Не отрицаю. Но теперь вашей фирме с меня, кроме анализов, взять нечего.

— А мы и не хотим у тебя ничего отнимать. Ты придешь и расскажешь, где был в ночь на четырнадцатое, так же расскажешь, как мне сегодня.

— Тебе, — Кудин бросил сигарету, — рассказать легко, а там у вас такие умельцы есть, что быстро зайцу волчьи уши пришьют и в зоопарк, в клетку.

— Да брось ты, Олег. Ты же сам говоришь, что жить только что по-хорошему начал.

— Начал, и рассказать мне есть что. Только знаешь, как у нас — береженого Бог бережет, небереженого конвой стережет.

Крылов остановился, достал сигарету, чиркнул зажигалкой. Из кустов выползли две тени и придвинулись к Крылову и Кудину. Краем глаза Крылов заметил, что сзади подходят еще двое.

— Слышь, мужик, — сказал один из подошедших, — сигарету дай.

— А из белья тебе ничего не надо? — шагнул к нему Кудин. — Иди отсюда… шакал, а то пять лет у параши за гоп— стоп прокукуешь.

— Ты чё? Ты чё? — Парень попятился.

— Мы из МУРа. — Крылов достал удостоверение.

— А мы чего, — сказал парень, — закурить хотели.

— Спать идите, — сказал Крылов, — спать, а то не все такие добрые, как мы."

"Они пошли дальше.

— А зря ты их отпустил, — зло сказал Кудин, — эти шакалы по ночам людей шарашат.

— Откуда ты знаешь? — спросил Саша.

— Чувствую.

— Не думаю. Я сам после школы летом по этому бульвару шатался. Любил людей пугать. Так же подходил и просил сигарету.

— Ну и как, давали?

— Всякое было, раз по шее получил.

Кудин рассмеялся.

— Саша, — сказал он, — вон тачка стоит свободная. Я поеду, а то Светка переживает, а завтра к двенадцати на Петровку приду.

Старший следователь по особо важным делам горпрокуратуры Олег Леонидович Малюков ждал их у подъезда дома. Светлый китель с петлицами, фуражка с белым верхом делали его похожим на земского деятеля начала века.

— Ты, Олег, — Вадим вылез из машины, — просто иллюстрация к любой чеховской повести.

— Да уж что говорить, — улыбнулся Малюков, — человек, носящий форму прокуратуры, выглядит весьма благородно.

— Намекаешь?

— Нет, сочувствую. Поехали.

— Садись вперед, — Вадим шутливо распахнул дверцу, — ты все-таки старший советник юстиции, три больших звезды на двух просветах. Вроде как полковник.

— Молодец, — Малюков ехидно улыбнулся, — почитаешь начальство, надеешься на послабление.

— Куда нам, дуракам, чай пить.