Думаю, эльфы следят за своими бастардами, но, когда я сбежала, они потеряли меня из виду. Услышав сплетни, сложили два и два, нашли меня здесь. Почему решили забрать сейчас? Не раньше?

До этого полагали, что я «пустая», а теперь поверили слухам? Орки со мной ради дара, а дорогие родственники, конечно, просто так. Ну какая прелесть!

– Пойду поесть, – поднялась мать со своего места.

На такой вариант развития событий ей инструкции не выдали. Незадача. Пошла к Силиэлю.

– Орки отлично готовят. А мне перебиваться хлебом и фруктами, – с сожалением посмотрела я на свой сверток с провизией. Все остальное быстро портится на такой жаре. Вечером компенсирую.

Мать с жалостью посмотрела на меня и ушла не оборачиваясь. Не понимаю, на что рассчитывал Силиэль, посылая ее сюда. Не знал, какова его дочь? Или полагался на то, что у меня взыграют чувства к матери?

Вздохнув, я полезла в узелок за фруктом. До вечера еще далеко. Интересно, а что на ужин?

И снова от эльфов пару дней тишина, а потом мне стало не до того. К дому прибежал орк с другой стороны города и позвал к рожающей жене. Когда вскрылись мои способности, не все в них поверили, несколько пар отнеслись с сомнением, и я их супруг не осматривала. Сейчас же, на грани смерти, они готовы поверить во что угодно. Отказывать я не стала: все приносили оплату Зуру и с ним договаривались, честный орк вел учет и все мне передавал. Доверие в нашем союзе нерушимое.

Когда зашла в дом, в нос ударил запах крови и страха. Роженица была измотана, родители, присутствующие в доме, уже повесили головы. Никто не хотел признавать или принимать, что все было плохо.

– Давно началось? – уточнила я, бегло осматривая женщину и отпуская на волю дар."

"– С утра, – тихо ответил муж.

– Все плохо? – устало посмотрела на меня женщина.

– Да, – честно ответила ей. – Ребенок долго без кислорода, как это на нем отразится, неизвестно. И сама ты не родишь. Нужно резать, но гарантий, помогу или нет, не дам.

– Спаси ребенка, – попросила будущая мать, но бороться я планировала за обоих. Повернувшись к отцу, строго сказала: – Возьмусь, но мне не мешать, слушаться беспрекословно.

Он кивнул, в глазах была надежда. Это угнетало, так как исхода я не знала.

Попросив больше воды и самогона, я положила руку на голову пациентки и погрузила женщину в глубокий сон. Выйдет она из него или нет – не знаю. В этом и был риск. И я приступила к привычному делу: начала резать.

Хозяин дома сначала дернулся, увидев нож, но под моим тяжелым взглядом отступил обратно. Конечно, я не привыкла делать кесарево: на Земле подобные операции должен проводить соответствующий врач. Здесь… Это был последний шанс, и моя магия в качестве подстраховки.

Сама операция проходила недолго, ребенка я вытащила живого и, на первый взгляд, здорового.