— Да, вот в шестнадцатом веке опричники быстро это воронье гнездо разворошили бы, кого на костер, кого на кол, — рассмеялся Андрей, не зная кто его собеседник.

В кабинете повисла гробовая тишина. Ростислав медленно поднялся, и тень от его высокой фигуры легла на стену словно призрак из прошлого.

— Игорь, я пойду, пожалуй, а то договорился зайти в гости к Сергею Хворостину, — наконец сказал он, — куда убрать рукописи?

— Оставь, я сам уберу попозже, — ответил Воротынский.

— Тогда передай мне все, что есть по этому делу через Игоря, и телефон твой я потом запишу, вдруг что-то непонятно будет, — сказал Росс, обращаясь к Андрею и, подняв на прощание руку, вышел.

***

Опричник сидел на скамейке возле дома Хворостина и всматривался в окна, пытаясь определить, которые из них принадлежат Сергею. Он специально отказался от предложения полковника привезти его на машине. Росс хотел подойти к жилищу семьи Хворостиных сам, медленно, прислушиваясь к окружающему миру и своим ощущениям. Выслушав рассказ Сергея о том, что происходит с его сыном, он сразу почувствовал, что просто не будет и хотел настроиться, пробудив в себе все, что знал и умел.

«Похоже, это оно», — решил Ростислав, выбрав окно в многоэтажке. Ещё с минуту он рассматривал его, думая о Сергее. И действительно, в окне появился Хворостин. Он отодвинул занавеску, посмотрел во двор и встретился взглядом с Россом.

«Ну что ж, можно подниматься», — решил Ростислав.

Сергей встретил его на лестничной площадке, и после короткого дружеского рукопожатия пригласил внутрь. Опричник бегло на ходу осмотрел дверь — ничего подозрительного.

«Чисто. Посмотрим, что внутри».

В двухкомнатной квартире тоже не было ничего необычного — обычная квартира в доме еще советской постройки.

— Домовому будешь блюдце с молоком ставить, как ты обычно делаешь? — пошутил Сергей.

— Да, похоже, нет у тебя в хате домового, так что блюдце некому под плиту ставить, и спросить, что тут не так не у кого, — ответил тот осматриваясь.

— Нет? Да и откуда ему у меня быть-то. Чай, кофе? — предложил хозяин, — может выпить чего налить?

— Давай кофе, — ответил Росс, — а я пока пойду с Димитрием познакомлюсь.

— А как ты узнал, моего сына Дима зовут? — удивился хозяин.

Ростислав вместо ответа постучал пальцем по лежащей на столе ученической тетради, подписанной именем ученика.

— А, ну да, — усмехнулся Сергей и пошел на кухню варить кофе.

Росс остался один, огляделся, прислушиваясь к ощущениям. По опыту он знал то, что ему рассказывал Хворостин не могло возникнуть само собой — нужно было чтобы кто-нибудь приложил к этому руку. Но всё было совершенно обыкновенно. Обычная квартира, обычный мальчик, обычная неантикварная мебель, которая не несла в себе никакой особой ауры или кармы.