— Ты сама ныла, что денег не хватает. Вот иди и заработай!

Впадаю в транс от её слов. С такими замашками тётеньке надо не рестораном руководить, а борделем!

— Нет! — мотаю головой. — Если вам так важны эти клиенты, сами их развлекайте!

Управляющая каменеет лицом.

— А ты хамка, Лаврова.

— А вы бы свою дочь туда отправили? К этим озабоченным?

Знаю, что у Елены Андреевны дочка моего возраста, ей тоже восемнадцать…

Несколько минут дама презрительно сверлит меня взглядом. Я так и стою перед ней с тяжёлым подносом, руки отваливаются, в локти будто вставили острые спицы. Но надеюсь, что управляющая одумается, вспомнит, что я официантка, а не рабыня.

— Ты уволена, Лаврова. Вон отсюда! Чтобы через пять минут я тебя уже не видела. И не надейся получить расчёт — ты оштрафована на всю сумму.

— Как… — изумлённо шепчу, а в глазах темнеет от ужаса. Сердце куда-то проваливается и дробно стучит на дне ледяной пропасти. — Что вы такое говорите, Елена Андреевна! Я ведь работала… Мне очень нужны эти деньги! Вы не имеете права так со мной поступить!

— Почему же? — усмехается управляющая. — Если не исчезнешь через минуту, то ещё и должна ресторану останешься. Обещаю. Но… Ты можешь всё-таки вернуться в кабинет и… найти общий язык с нашими дорогими гостями. Вернёшься?

— Нет.

Кусаю губы и уже едва не реву. Чувствую себя жалкой и бесправной.

— Тогда проваливай.

Ставлю поднос с посудой на ближайший стол и медленно иду в раздевалку. Всё ещё не верю, что меня не только выгнали за дверь, но и лишили заработка. Как же так?

Но унижаться перед управляющей не буду, а выполнять её требования — и подавно! Пусть сама идёт в кабинет к этим похотливым мерзавцам и пляшет там хоть ламбаду, хоть ча-ча-ча!

*****

Стою на остановке и размышляю, как выцарапать из приложения заработанные чаевые. Наверняка есть какой-то способ. Но я не успела расспросить коллег, так как из ресторана пришлось уматывать на пятой скорости — боялась ещё больше разозлить Елену.

В первую маршрутку не удаётся втиснуться, уехать вечером из центра города практически нереально. А я уже замёрзла так, что зуб на зуб не попадает. Ветер швыряет в лицо колкую крупу, пуховик, который ношу пять лет, совсем не греет. Ну, о кроссовках и говорить нечего — не самая удачная обувь для января.

Но я целый год копила на ноутбук, без которого обучение в университете стало бы проблематичным, экономила на всём. А недавно обнаружила, что у нас немыслимые долги за коммунальные услуги. Мама от меня скрывала, клялась, что платит вовремя… Я верила, потому что всегда ведь хочется верить в лучшее, но на самом деле занималась самообманом. Когда увидела квитанции, едва не поседела от ужаса…

Наконец-то впихиваю себя в третью маршрутку. Какое счастье, сейчас согреюсь! Внутри тесно, душно, зато тепло.