Он много пахал, чтобы выбиться в люди и отчиститься от шлейфа девяностых, но, видимо, теперь, придется кое-что из забытого вспомнить…

Алексей растер лицо ладонью и поднялся с дивана. Сначала он почувствовал нутром, что не один, и лишь потом увидел, что возле двери в гостиную стоит Ульяна. Черт! Как долго она здесь находится? Что из сказанного матерью успела услышать?

- Уль… - просто выдохнул Вознесенский, шагнув к ней.

Она не отступила, как он думал, просто выставила руку перед собой, а на губах появилась усмешка. Значит, разговор не был для нее секретом.

- Думаю, что твоя мама права, - сказала она и вдруг сделалась настолько холодной и чужой, как будто сейчас рядом незнакомка стояла, а не та, которую, как Алексей думал, он успел узнать.

- Я не стал с ней спорить только по одной причине, - мягко сказал Вознесенский, не делая ни шага в сторону Ульяны, хотя сейчас хотелось лишь схватить ее в объятия и прижать к себе покрепче.

Потому что вдруг в голове возник страх - а что если Уля решит, что она больше не хочет с ним быть? Что если услышанное вдруг перевернет все на сто восемьдесят градусов в их отношениях? Еще неустоявшихся и не таких уж крепких по причине того, что прошло слишком мало времени с тех пор, как они с Ульяной стали жить вместе.

- Я знаю свою мать. Она может выдавать свои нелепые аргументы со скоростью пулемета. Но дело не в них. Дело в том, чего хочу я.

Уля сделала глубокий вдох и, все же зайдя в гостиную, на пороге которой стояла все это время, огляделась. Вознесенский не знал, какие именно мысли возникали в ее голове в этот момент, но дорого бы заплатил за то, чтобы это выяснить.

- Ее аргументы не нелепы, Леш, - устало выдохнула она, наконец, посмотрев на него. - Тебе досталась проблемная, замужняя, да еще и неизвестно от кого беременная женщина. В то время, как ты молод, с огромным будущим и с кучей невинных красоток, готовых встать в очередь, чтобы пойти с тобой под руку под венец.

Уля прикусила нижнюю губу, словно ей нужно было отрезвиться, и тряхнула головой.

- Поэтому думаю, что самым верным для нас будет… взять паузу."

"Захотелось чертыхнуться. Или лучше выругаться трехэтажным матом, чего в присутствии женщин Вознесенский себе делать почти никогда не позволял. Он уже представлял, что именно кроется за этим «взять паузу». Представлял и ненавидел такие фразы всеми фибрами души.

Отойдя к дивану, на подлокотник которого он и присел, Алексей терпеливо уточнил:

- Что ты подразумеваешь под «взять паузу»? Жить так, словно мы соседи? Без проблем, - пожал он плечами. - Если только вся проблема, конечно, для тебя заключается именно в этом.

Она покачала головой, как будто говоря, что он не понимает всей сути случившегося.