От представшего перед глазами образа обнаженного бедра и провокационной полоски чулка в паху знакомо потяжелело. Привычно игнорируя свое состояние, продолжил чтение.

Дед у Ульяны умер не так давно. Больше родственников у нее не было. Репутацию имела умной порядочной девочки, в порочащих связях не состояла. Училась на заочном в местом филиале спортивного института, на тренерском. Хотя изначально собиралась поступать на спортивного врача. Наличие кмс ей это позволяло.

В общем, картина была ясна. Каблуков, воспользовавшись бедственным положением девушки, купил себе трофейную жену и посадил ее на цепь домашнего быта ждать его каждый день у порога. Он так и не понял, какая яркая, талантливая и перспективная спутница жизни ему досталась. Ко всему, этот похотливый козел ее совершенно не ценил, как и многие деграданты его круга считая, что настоящему мужику, да еще и при бабле, можно все.

Конечно, я тоже был далек от святости, но купать в таких помоях Ульяну… Этого я понять не мог и не хотел.

Машина с водителем, высланная за мной Алексеем, приехала быстро. Причем настолько, что у меня даже закралось подозрение, что она все это время стояла где-то за углом. Впрочем, так оно могло быть и на самом деле - город у нас не так чтобы маленький, но и не слишком большой.

Вознесенский встретил меня самолично у входа. Я подняла глаза на вывеску, в темноте ночи горящую золотым неоном - «Млечный путь».

Привет. Пойдем туда, где потише. У нас закрытая вечеринка, друг женился, - сказал он, помогая мне выйти из машины и, не отпуская руки, увлек за собой в полумрак парадного входа."

"Снова свадьба, снова «Млечный путь», снова его хозяин и фейерверк непрошеных чувств. Дежавю оказалось настолько острым, что на мгновение мне показалось, будто между тогда и сегодня не было пропасти длиною в год.

Рабочий кабинет Вознесенского оказался уютным и ничем не выдавал своей принадлежности к ночному клубу. Спокойная серо-синяя гамма. Стандартный для деловых задач набор мебели. Разве что прямо у входа, по левую руку, отгороженная сквозным стеллажом зона отдыха. Большой, обтянутый дымчатым велюром угловой диван, низкий столик из черного стекла и пара кресел.

На этот диван меня и усадили. Сам Вознесенский расположился чуть сбоку напротив, на угловой части. Вот и получалось, что находились близко, но в то же время вроде бы выдерживая необходимую дистанцию.

- Что у тебя случилось? - прозвучал закономерный вопрос, на который я так и не знала, что ответить.

- Я ушла из дома.

Пожалуй, на данный момент это лучше всего описывало происходящее. Вдаваться в подробности, особенно перед мужчиной, в глазах которого я хотела выглядеть какой угодно, только не жалкой казалось невыносимым.