Будь моя воля, с разбегу бы запрыгнула на неё, скидывая в полёте туфли. А так пришлось аккуратно взбираться, предварительно проверив на предмет неожиданной «домашней живности». Вроде «чисто». И даже сыростью не пахнет. О, с каким наслаждением стянула с плеч рюкзачок! Наверное, с таким же, с каким избавилась от обуви. Пока не начался «окончательный распад Эмилии Ройтэ на части», я быстренько приняла обезболивающее, запив водой из захваченной из дома бутылки. На первое время запаса таблеток хватит, а вот потом придётся искать местные аналоги. Ничего, буду решать проблемы по мере поступления.

Вспомнив, что должна прийти служанка, я всерьёз задумалась насчёт того, куда деть рюкзак, а главное – как не шокировать её своим необычным видом. Вот знала бы, что так всё обернётся, взяла бы с собой сорочку. В конечном счёте не придумала ничего лучше, как затолкать рюкзачок под одну из подушек, а самой улечься прямо на покрывало, накрывшись второй его половиной совсем как в детстве. И тепло, и уютно, и при появлении служанки успею в него замотаться как следует. Можно было бы раздеться, было немного боязно. В итоге меня разморило так, что не заметила, как уснула. А вот разбудил меня какой-то странный шорох...

Я едва не подпрыгнула на месте, поняв, что нахожусь в спальне не одна. Рывком сев на кровати, внезапно встретилась с испуганным взглядом темноволосой девушки, держащей в руках стопку какой-то разноцветной материи.

Опустив голову, она едва слышно прошептала:

– Простите меня, миледи. Не хотела вас разбудить.

Нашарив рукой слетевшие во время сна очки, я нацепила их на нос, порадовавшись, что не раздавила случайно. Судя по одежде, девушка была той самой служанкой, которую обещал прислать Адам. На вид ей было лет семнадцать-восемнадцать. Но вполне возможно, что она младше, так как, на мой взгляд, грубое коричневое суконное платье способно прибавить возраста кому угодно. И вот тут я столкнулась с первой проблемой, из-за того, что просто не знала, как к ней обратиться. Возникла небольшая пауза. Кто бы мне подсказал, как вообще правильно обращаться к слугам. Добро пожаловать в другой мир, Мила! Ласковые объятия позора уже распахнулись для тебя! Вдох-выдох. Смелости побольше, голову повыше.

– Как вас зовут?

От неожиданности служанка подняла голову. Её глаза моментально округлились, а голова отрицательно качнулась:

– Что вы, миледи, я из простых. Из деревенских. Не из благородных!

– Имя?

– Энид, миледи, – служанка слегка поклонилась, а затем снова выпрямилась, опустив взгляд.

– Энид, я всего лишь хотела выразить вам своё уважение. Пока я не являюсь женой милорда. Свадьба назначена на завтра, поэтому думаю, что обращение «миледи» временно неуместно.

– Простите меня, госпожа. Больше не повторится.