Даже несмотря на то, что он свою жену не любил, когда женился.

— Зачем ты мне опять это рассказываешь? — нетерпеливо взмахиваю руками.

— Затем, что в твоем случае, похоже, зов крови сработал. Ты же наполовину уйгурка. Все говорили: какая красивая девочка-метиска! А Света отвечала: “Главное, чтоб была счастливой”. Она хотела для тебя другой судьбы. Чтобы ты замуж вышла за нормального парня, и бог с ним какой национальности. Хоть африканец. А ты! Ты хоть понимаешь, что таких, как ты, у нас называют “токалками”.

— Нет! — срываюсь. — Ты хочешь, чтобы я почувствовала себя стервой-разлучницей? Но разве можно разбивать то, чего не существует!"

"— На бумаге все существует! Он официально чужой муж, как ты не понимаешь? Ты же умная! С высшим образованием! Я хочу, чтобы ты посмотрела правде в глаза, — успокоившись, попросила она. — Мужчины, тем более восточные, чаще всего не уходят от жен до последнего, если только сама жена не узнает об измене. Тогда она либо выгоняет, либо как последняя дура прощает.

— Он обещал с ней поговорить. Я ему верю. Он поговорит!

— О Господи! — Виктория хватается за голову. — Дурочка!

Телефон на столе издает короткий сигнал. Включаю его и читаю сообщение в мессенджере. Ахаю, прикрыв рот ладонью.

— Что? — хмурит брови тетя.

— Таир…он написал, что не придет. Родители его жены погибли в автокатастрофе.

Тетя встает из-за стола, подходит ко мне и обнимает. Мне нужна хоть какая-то опора, поэтому я держу ее за руку и плачу навзрыд.

— Ты же понимаешь, что он теперь точно не бросит жену? — встревоженно спрашивает Вика.

Понимаю. Потому и плачу.

Глава 4. Побудь со мной, пожалуйста

Сабина

Всю дорогу до больницы мы с Таиром молчим. Мелкую дрожь не унять, я хочу уснуть и проснуться в другой реальности, где не было никакой аварии. Словно муж везет меня домой к маме, папе и сестре. Беззвучно шевелю губами, читая молитву, которую помню с детства. Цепляюсь за нее, как за спасительную соломинку.

Выходим из машины на парковке и муж впервые за долгое время берет меня под руку и ведет в приемное отделение. Ноги ватные, не слушаются, а я злюсь на себя еще больше. Также, как и боюсь.

Оставив меня в стороне, Таир подходит к регистратуре и спрашивает у девушки об аварии. Она бросает на меня короткий, сочувствующий взгляд и просит подождать. Остальное не слышу, словно оглохла. Хорошо, что Таир сегодня не уехал, как это часто бывает. Без него я бы не выдержала. Он хладнокровный и разумный, с ним как за каменной стеной.

— Что сказали? — трясясь от нетерпения, спрашиваю его.

Таир неожиданно берет меня за руку, прижимает ее к своей груди и отвечает:

— Сабина, что бы не случилось, ты должна быть сильной. Я рядом.