Эва усиленно напряглась, но ничего такого не вспоминалось, может она просто бессознательно стянула кольцо с пальца и уронила?

— Не знаю, я уже сам ничего не понимаю, — теперь и Макар шептал, а Эве казалось, он яростно растирает лицо, — как же меня это все достало…

— Отцу хоть не говори, — уже не так сердито проговорил Геннадий Викторович, — убьет его такая твоя женитьба.

Скрипнули двери, и мужчины вошли к ней. Эва решила, что притворяться глупо, и не стала закрывать глаза, в конце концов, сколько можно шептаться за ее спиной? Но те особо не смутились, Макар присел рядом и взял ее за руку.

— Эва, это Геннадий Викторович Кравченко, он доктор, кардиолог, ты потеряла сознание в «Гибралтаре», я привез тебя сюда. Это хорошая клиника, — Мак пытливо вглядывался в ее лицо, она осторожно высвободила руку и спрятала под плед, он отвернулся и накрыл голову руками.

— Это …

— Погоди, встань, дай я поговорю, — Кравченко был большой, представительный с поседевшими висками и морщинками возле глаз.

Он уселся возле Эвы и начал задавать ей вопросы, самые разные, иногда она не понимала, что он от нее хочет.

Но Кравченко ей нравился, точнее, нравился его тон, спокойный и уверенный.

— Ты принимаешь гормональные препараты? — спросил он Эву, но за нее ответил Макар и назвал название препарата. Кравченко с отвращением скривился. — Зачем ты травишь ее этими таблетками, Мак? Это же насилие над организмом.

— Мне доктор сказал, они совершенно безвредны, — решила подать голос Эва.

— Не слушай их, деточка, — доверительно заговорил доктор, — если твой организм вынуждают не делать то, что предназначего ему природой, это уже насилие.

С этого дня я запрещаю тебе их пить, выкинь таблетки на мусорку.

Эва не стала уточнять, что она и так не пьет противозачаточные, ведь она думала, что у нее будет ребенок…

— А месячные у тебя когда последние были?

Закончилось тем, что Эве назначили целый ряд обследований, и Макар повез ее домой. На прощание Кравченко выдал целый лист назначений.

— Вот это тебе, — подчеркнул он пальцем надпись, — а то доконает тебя это учредительство…

Макар вырулил с территории клиники и остановил машину."

"— Я не летал в Париж с Аленой, Эва, — очень ровно сказал он, — она прилетела туда на конференцию на три дня, мы случайно встретились и несколько раз вместе пообедали.

— Ты мне не сказал… — Эва пробовала защищаться, но вышло совсем жалко. Макар развернулся к ней, упершись рукой в спинку кресла, и она только сейчас заметила свежую ссадину на правой скуле. Протянула руку, но он не дал коснуться, отшатнулся и отвел ее руку.

— Это что? Ты подрался?

— Объяснил одному из знакомых, как нехорошо распускать сплетни.