Когда доктор, седой мужчина возраста Кравченко, попросил развернуть кокон, чтобы послушать Эву, Макара самого начало лихорадить. Ее трясло как в трясучке, Мак никогда такого не видел, доктор хмурился и диктовал медсестре названия препаратов, а у Макара пол из-под ног уходил, когда он смотрел на дрожащую девушку.

— У меня так всегда, — она даже говорить не могла, так стучали зубы, — если температура, то под сорок, меньше не бывает. И не падает.

— Правильно, и не упадет, потому что у вас нарушена теплоотдача, посмотрите, какие у вас ледяные руки, — медсестра склонилась над Эвой со шприцом, и Макар поспешил отойти к окну, чтобы не мешать.

Тут же прибежала Ирка с бутылкой горячей воды, они вместе с медсестричкой укутали Эву, положили ей в ноги теплую бутылку, и Ира побежала еще за одной, чтобы согреть руки. Тогда Макар подошел, присел возле Эвы и взял ее руки в свои, согревая дыханием и стараясь не поддаваться холодящему и пробирающему изнутри отчаянию, когда он смотрел в горячечные, отдающие лихорадочным блеском и кажущиеся совсем темными глаза.

Доктор дождался, пока градусник не показал тридцать восемь и три, и оставив список назначений, бригада уехала.

— Я в аптеку за лекарствами, а ты смотри за ней, — приказным тоном сказал Мак Ирке, и та с готовностью закивала.

Он вернулся быстро, но Эва уже спала, ее кожа больше не была похожа на раскаленный песок, напротив, Макар ощупал лоб и шею, они были влажными, на лбу выступила испарина, а спина была совсем мокрая.

— Ее надо будет переодеть, когда она проснется, поможешь ей, Ира? — спросил Макар, когда они оставили спящую Эву и переместились в кухню.

— Конечно, не переживай, — Ира прошла к плите, — кофе будешь?

— Давай, — кивнул Макар."

"Кофе неожиданно оказался неплохим и довольно умело сваренным. Пока Ира разливала из турки по чашкам дымящийся напиток и нарезала сыр, Мак сел за стол, оперевшись о стену, и закрыл глаза. Ему бы самому не помешала «неотложка», только кардиологическая.

— Ира, сколько вы платите за квартиру? — спросил он, отпивая из чашки.

— Зачем тебе? — она непонимающе смотрела на Макара, и он вдруг понял, что она его больше не раздражает. Совсем, как отрезало.

— Я хочу снять для Эвы отдельное жилье, но она твердит, что подведет тебя, потому что ты сама аренду не потянешь. Вот я и хочу заплатить за те месяцы, пока ты найдешь себе компанию, чтобы ты сказала Эве, будто уже ее нашла.

— Не надо, — покачала головой Ира, — мне мой парень давно съехаться предлагает, а я вот из-за Эвки тяну, чтобы ее не бросить. Только не согласится Эва перехать на квартиру, да она давно уже могла себе жилье снять, вон у нее доллары, что ты оставлял, в коробке сложены.