Она очень много работала, старалась выбирать заказы покрупнее, пока беременность не слишком мешала. Потом, наверное, станет тяжелее, поэтому хотелось собрать хоть какую-то сумму наперед.

Прошло два месяца с тех пор, как Эва узнала о свадьбе Макара. Она не смогла справиться с собой и от души себя помучила, выискав в интернете полный отчет о бракосочетании младшего Демидова. Хоть церемония и была закрытой, некоторые снимки все же просочились в СМИ, и Эва подозревала, что ушлая сестрица сама продала фото известным изданиям.

Алена на своей второй свадьбе блистала не меньше, чем на первой, а Эва вспоминала ту свадьбу и ей дышать было больно.

Как Макар тогда смотрел на нее, танцевал с ней, улыбался ей, он ведь на невесту едва взглянул пару раз, даже на танец ни разу не пригласил, она сама его вытянула. А он Эву выглядывал, которую утащил танцевать Руслан. И закрытую беседку вспоминала в самом дальнем углу комплекса, какими завистливыми взглядами провожали ее девушки, когда она шла обратно, лихорадочно поправляя волосы и одергивая платье. А Макар крепко и собственнически обнимал ее за талию."

"На нынешних фото он был похудевшим и неулыбчивым, а может это Эве так хотелось.

Но она не нашла ни одной фотографии, где бы он улыбался или выглядел более менее радостным. На лбу пролегла вертикальная складка — раньше ее не было, Эва точно помнит, — губы сжаты в линию. Вот Алена та да, сияла и светилась от счастья.

Наверное, у них уже тоже растет ребенок, может, они и поженились, потому что Алена забеременела. Об этом Эва вовсе не могла думать, ее так обжигало внутри, что казалось, малыш тоже сворачивается в клубочек от боли. Ей тогда становилось так жаль свою девочку, она чувствовала себя такой виноватой, что однажды просто запретила себе думать о Макаре.

Как будто его никогда и не существовало.

Ее беременность перевалила за пять месяцев, живот уже был достаточно выпуклым и заметным, особенно это стало очевидно, когда Эва принялась примерять одежду для похода в театр. Балахонов у нее отродясь не было, в джинсах и свитере идти не хотелось, а платья слишком обтягивали живот.

С другой стороны, в облегающем платье это не нагишом, а беременность не болезнь, стыдиться ей нечего.

Эва выбрала кремовое платье из тонкого трикотажа с шелком, оно очень шло к ее смуглой коже. И все равно, начиная с фойе театра, она инстинктивно прикрывала живот сумочкой.

Билеты оказались в вип-ложу, Эва запоздало вспомнила, что муж Нины какой-то крупный чиновник в одном из министерств, конечно, билеты у них были для элиты. Но окружающие не особо обращали на Эву внимание, и она расслабилась.

Постановка была изумительной, декорации и костюмы настолько роскошны, что Эва даже в антракт не выходила.