В Палм-Бич прекрасные пляжи, а еще я была на Гавайях и на Южном берегу Франции, но только здесь мне захотелось плакать. Виной тому красота вокруг или мое внутреннее состояние, но я позволила паре слезинок скатиться по щеке. Это слезы очищения, им можно.

– Проверю, готов ли обед, – тактично произнесла Сальма, ретировавшись, оставляя меня наедине со своими тараканами. Если бы я была свободней во взглядах, поступках, мышлении – сию же секунду сбросила бы одежду и с головой окунулась бы в кристальную воду, как в день своего крещения. Но вместо этого я только прошлась по мягкой линии прибоя, наслаждаясь морской щекоткой.

Два следующих дня я не могла расслабиться, потому что напряженно ждала возвращения Марка. Предвкушала и боялась. Мысли о муже и отце, о страшной буре, которая, наверняка, разразилась в особняке, гнала прочь. Они отравляли мое существование долгих пять лет, топтали крупицы радости, редко выпадавшие на мою долю. Забрать у меня солнечные дни в раю – не позволю! Единственный, кто мог сейчас до меня дотянуться, с легкостью превратить жизнь в ад, а каждый вздох в пытку – Марк Нортман. Я не могла с точностью предугадать на чем зиждился его мстительный план, но чувствовала, что это опасная игра. В особенности для моего сердца. Он мне все еще нравился. Изменившийся практически до неузнаваемости отзывался внутри тем же теплом. Я очень надеялась, что не поплачусь жестоко за свою любовь с первого взгляда…

На третий день я расслабилась, просто устала ждать. Сложно находиться в подвешенном состоянии, в пугающей неизвестности, особенно, когда ты придумала ее сама. Мне ведь сказали, что я должна отдыхать, веселиться и делать, что хочу – так чего же я застыла?!

Первым делом я сыграла для моей маленькой «семьи» в количестве повара, садовника, водителя и незаменимой Сальмы, несколько задорных и всем известных куплетов. Затем выбралась на прогулку по острову с заездом в магазинчики с местными товарами.

– Роджер, а здесь есть питомник или зоомагазин? – обложившись пакетами с местными украшениями из кэймената и потягивая охлажденное кокосовое молоко, поинтересовалась я.

У меня никогда не было домашних животных. Нет, в нашем доме в Палм-Бич на заднем дворе в вольере жили две овчарки, натасканные на охрану территории, но это другое. Мне хотелось о ком-нибудь заботиться, любить, нежность отдавать. После замужества я думала, что вскорости у меня появиться ребенок, но не случилось, поэтому сейчас мне хотелось завести друга. Щенка."

"– Да, мисс, есть один, – Роджер включил поворотник и повез меня выбирать товарища по заключению, в кавычках, естественно. Я ведь могу делать, что хочу.