«Всемилостивые архангелы Петр и Павел, помогите мне! Еще немного, в последний раз!..»

Он выскользнул в холл и прикрыл за собой дверь – так, чтобы оставалась щель, как было до его визита.

– Лиз, да я на одну секунду!..

Белоключевский быстро и бесшумно сел в кресло, закурил, сунул зажигалку в обивку, потому что ему некогда было лезть в карман, и прикрыл ладонью глаза.

– Вот вы где! – сказал Громов громко. – А мы думаем, куда вы пропали.

Белоключевский сделал неопределенное движение сигаретой.

– Я не пропал. Я что-то устал сегодня. Перенервничал.

– А-а, – протянул Громов.

 – Ну, всякое бывает, конечно. Особенно когда стреляют. Лиза мне рассказала. Вы молодец.

После чего быстро прошел в свой кабинет. Белоключевский смотрел ему вслед.

– А я за сигаретами, – дружелюбно прокричал оттуда невидимый Громов, – у меня кончились!

– А я уже курить не могу, – отозвался Белоключевский. – И не курить тоже не могу!

– Это точно, – подтвердил Громов, появляясь на пороге. Непочатая пачка сигарет была у него в руке, он отрывал от нее прозрачную обертку. – Не хотите моих?

– Нет, спасибо.

Ему казалось, что Громов обо всем догадался и теперь играет с ним в какую-то игру, правила которой неизвестны Белоключевскому.

"

"– Телефон у меня звонил, не слышали? Белоключевский посмотрел ему в глаза. В конце концов, теперь уже все неважно. В конце концов, теперь только – кто кого.

– Нет, – сказал он беспечно. – Не слышал. Я не прислушивался, у меня голова болит.

– Ну понятно, – согласился Громов. – А то я на свидание собрался, старый козел.

– Повезло вам, – весело ответил Белоключевский. – Свидание у вас! А я вот домой собираюсь. Спать. Всю ночь не спал, Лиза, наверное, рассказала.

И на свидания меня никто не приглашает.

– Все впереди, – неопределенно произнес Громов, видимо, озадаченный его весельем. Если бы не глаза, ничего особенного не было в нем, ничего настораживающего. А может, Белоключевский придумал про глаза?..

На пороге своей приемной показалась Лиза, вид у нее был недовольный.

– Дяденьки, – сказала она Белоключевскому и Громову, – что это тут у вас? Сепаратные переговоры? Дим, почему ты сидишь? Или тебе неинтересно?! Макс, я еще не договорила! Куда ты подевался?

– Они просто хотят все решить без нас, – из-за ее плеча выпалила Дунька.

 – Это у них так принято, у мужиков. Все равно мы безмозглые курицы и помочь им ничем не сможем. Это они так думают!

Громов заулыбался, раскинул руки, подошел и обнял Лизу, чуть не оторвав ее от пола. Белоключевский вдруг так испугался, что вскочил с кресла, сделал два торопливых шага и остановился, понимая, что делает что-то не то.

– Никак не могу решить, – провозгласил Громов, – на которой из них мне жениться, на той или на этой.