— Вот видишь, ты не знаешь, — назидательно поднял палец Мастер, — А я знаю. И тебе скажу. Человечество выродится, деградирует до состояния животных. Ведь теперь ему не надо будет бороться за свою жизнь, получать новые знания, стараться выжить в конкурентной борьбе, зарабатывать для себя и своих близких. За одно-два поколения оно превратится в бездельников, придумывающих себе развлечения, и постепенно тупеющих. Да что там превратится, уже превращается. Только через страдания, через преодоление жизненных невзгод, люди раскрываются как личности, становятся сильнее, целеустремленнее, умнее, стремятся добиться успеха. Войны, кризисы, естественный отбор, невзгоды необходимы, к сожалению. Они позволяют людям двигаться дальше. Человеку было холодно? Он изобрел способ добывать огонь и обогрел пещеру и соплеменников. Надоело ночевать под открытым небом, мокнуть под дождем? Были построены первые дома. Встала проблема голода? Начало развиваться сельское хозяйство. Искали лекарство, способное вылечить от множества тяжелых болезней? Александр Флеминг изобрел пенициллин.

Поэтому я не отказываю себе в удовольствии помочь отдельным личностям, но никогда не вмешиваюсь в жизнь человечества на глобальном уровне. Ты же слышал выражение: «благими намерениями выложена дорога в ад»? Так и в этом случае.

— Понятно, — вздохнул я, — А со мною что?

— А теперь опять возвращаемся к моему вопросу. Если бы я тебе дал шанс на вторую жизнь, чтобы ты сделал?

— Спас бы жену и ребенка, — сразу ответил я, — И разобрался с этими уродами. Это самое первое.

— К сожалению, есть законы мироздания, которые нельзя нарушать даже мне, — вздохнул мой собеседник, — Если вернёшься, их уже не будет в этом мире. Просто не родятся. Губернатор, его сын, бандиты, человек из правительства, захотевший прибрать к рукам твой бизнес и другие соучастники, останутся. Вот представь, попадаешь ты в прошлое, лет этак на 40 назад. Первые действия?

— Тогда, — я задумался, — Приложил бы все усилия, чтобы страна была другой. Чтобы не было бандитского беспредела, голодных стариков и детей в 90-ых. Чтобы мы построили благополучное, процветающее государство, с крепкой промышленностью и развитым бизнесом. Как Швеция и Финляндия, с высокими социальными стандартами, но со своим особым путем, без перегибов вроде ювенальной юстиции и других «общечеловеческих ценностей». Симбиоз бы сделал. Капитализм, но всё хорошее, что было в социализме, взял бы. Как в Китае, но с учетом нашей специфики и без коммунистической идеологии.

— И ты готов к этому? — Мастер пристально посмотрел на меня.

— Готов, — выдохнул я, — Знаете, я ведь прекрасно помню 90-ые. Мой одноклассник Вова Пархоменко, погиб в Чечне. Вадьку Пожидаева убили рэкетиры.