Хотя, возможно, это просто плод моего воображения, только иллюзия… Просто, в тех руинах, среди которых пришлось жить мне, почти не осталось целых стен. Обрыв, по которому спустился, остался далеко позади. Темная линия провала, оба края которого терялись в тумане, большой дугой тянулась с запада на восток. Может быть, этот изгиб продолжался и дальше, на многие сотни километров, но я этого не знал. Хорошо уже то, что мне посчастливилось найти самую нижнюю его часть — возле русла реки. Там грязные ручьи стекали по размытому склону, превращая все в округе в стоячие лужи-озера. Я сразу поспешил отойти от них подальше — воде больше не доверял. Один раз появились темные силуэты воронов — на фоне более бледного неба они выглядели, как исчадия ада. Как назло, я оказался на плоской равнине, видимо, в бывшем парке, и был вынужден притвориться бревном, упав в мокрую, снежную жижу. Проводив их вдаль, с омерзением сбросил одежду — запах стоячей воды едва не задушил, впитавшись, казалось, под черепную коробку. Но другого выхода не было — умные и наглые птицы, напав всей стаей, справятся со мной без проблем. Лишь бы не попался им на глаза щенок, оставленный в убежище…

Вскоре добрался и до далеких холмов. Птицы, вроде как улетевшие в этот район, не зря выбрали себе пристанище именно здесь — что-то должно было их привлечь? Такие размеры требовали большого количества пищи, а я, пока не встречал ничего, что могло послужить таковой этим всеядным тварям. Если раньше они питались трупами, что, вероятнее всего имело место в первые месяцы, то теперь с этим не все так просто. Постоянно падающий с небес пепел скрыл и сравнял поверхность не только от моих глаз. Да и сколь ни было велико число погибших — они не могли сохраняться нетленными так долго. Те, которые попадались, уже полностью разложились, вынуждая обходить стороной. К тому же, здесь казалось значительно жарче, чем у меня, а, ведь и наверху, от поверхности земли, шло сильное тепло. Следовательно, процесс гниения — другое слово найти трудно — проходил быстрее. Выходило, чтобы прокормиться, воронам нужно либо охотиться, либо отыскивать еду по соседству с людьми. Хотя, вряд ли лишь человеческие отбросы смогут удовлетворить аппетит крылатых гигантов. Я уже имел возможность убедиться, что эти создания не станут брезговать и живой пищей — недавние события служили тому примером.

Вскоре я стал ощущать беспокойство. Меня не покидало ощущение, что за мной кто-то идет. На предательском снегу, который таял, не так быстро, как хотелось, мои следы отчетливо выделялись, и любой, кто захочет познакомиться с их обладателем, может сделать это без затруднений.