Для них важнее было другое: армейский корпус генерала Родригеса — а это пять кавалерийских полков, моторизованные части и артдивизион, расквартирован в столице, и генералу ничего не стоило бросить его на президентский дворец.

Вадим Поляковский. «За рубежом», N 22"

"Нью-Йорк. 10 декабря 1988 года

Дюнуа приехал домой глубокой ночью, когда жена и дети уже давно спали. Открыв входную дверь, он осторожно прошел внутрь, стараясь не шуметь. Бросив пальто на диван, Он достал бутылку виски и грузно опустился в кресло. Отвинтив крышку, он судорожно сделал несколько больших глотков, после чего поперхнулся и громко закашлялся. Еще несколько секунд он прислушивался к звукам из спальни со второго этажа. Но все было тихо. Он снова поднял бутылку, и в этот момент зазвонил телефон. Он поднял трубку и негромко сказал:

— Я слушаю.

— Это я, — звонил генеральный директор, — вы нашли убийцу?

— Нет, — зло ответил Дюнуа, — я уже сообщил и в ЦРУ, и в ФБР. Ее ищут.

— Вы узнали, кто это был?

— Да, конечно. Из досье ЦРУ. Это Луиза Шернер. Наемный профессиональный убийца. Ей сорок восемь лет и на ее счету несколько громких убийств. Там, где не может пройти мужчина, достаточно уверенно чувствует себя женщина. Она этим и пользовалась. Видимо, была нанята «Легионом». Ее сейчас ищут по всему городу.

— Что думаете предпринять?

— Она, наверное, уже в другом городе или еще хуже — в самолете. Думаю, нужно задействовать сеть наших агентов в Европе и Канаде.

— Действуйте, как считаете нужным… — Генеральный директор немного помолчал и лишь затем спросил. — он умер?

— Час назад еще нет. Был в реанимации, но сознание к нему не возвращалось, — угрюмо сказал Дюнуа, сжимая бутылку.

— Что говорят врачи?.

— Никаких шансов. В него попали все три пули. Одна сидит рядом с сердцем. Профессор сказал, что он не понимает, как «Дронго» еще жив.

— Ясно, — генеральный директор еще раз помолчал и затем неуверенно спросил. — У него есть семья?

— Кажется, нет, — Дюнуа поставил бутылку на пол, — какое это имеет значение. Мы все равно ничего не сообщим его семье. Даже труп не можем выдать.

— Да, да, конечно. Вы правы. Спокойной ночи, — в трубке раздались частые гудки.

— Спокойной ночи, — Дюнуа, положив трубку, снова взял бутылку.

Наверху зажегся свет и через минуту в гостиную вошла жена.

— Что случилось, Пьер? — испуганно спросила она мужа. — У тебя неприятности?

Он махнул рукой:

— Будь они все прокляты. Не обращай на меня никого внимания. У меня был тяжелый день.

— Опять кого-нибудь убили из ваших экспертов? — догадалась жена. Они были женаты уже пятнадцать лет она хорошо знала своего мужа.

Вместо ответа он вдруг взял трубку и, быстро набрав номер, спросил:

— Говорит Пьер Дюнуа. Я хотел узнать, как там Ричард Саундерс.