Старший лейтенант Шмелев доложил, что при осмотре палаток одного бандита ошибочно приняли за убитого, он был жив, но тяжело ранен в ноги. Он русский, командир, и просит сохранить ему жизнь!

Глава 8

В углу палатки с перебитыми и кое-как перевязанными ногами лежал бандит славянской внешности. Он спросил:

— Вы командир отряда?

Таранов пропустил вопрос наемника, задав свой:

— Русский?

— Да.

Капитан закурил.

— Мне передали, что ты просишь сохранить тебе жизнь?

— Да. Я хочу жить. Прошу, не убивайте, я…

Таранов прервал его:

— Об этом, гаденыш, надо было думать раньше, когда вербовался делать деньги на убийстве своих соотечественников.

— У меня не было другого выхода.

— Заткнись! Отвечай на вопросы…

На этот раз капитана перебил наемник:

— Я скажу все, что знаю, но обещайте, что не убьете меня. Сохраните жизнь, большего не прошу, пусть тюрьма, пусть пожизненное заключение. Не убивайте меня, отдайте в руки правосудия! Обещайте, командир! Прошу!

Капитан не обратил внимания на мольбы этого продажного мерзавца, решившего заработать деньги на смерти других людей. Он навел ствол своего «бизона» прямо в лицо наемника.

— Итак, вопрос первый: Палач был здесь?

— Не знаю, здесь было много народу!

— Кто же казнил пленных у зиндана?

— Это Палач, но ранее, перед тем как идти на Устум!

Таранов задумался. Ему не понравился ответ наемника. Выходило, что он казнил пленных в лагере потому, что не собирался сюда возвращаться после Устума? Но, с другой стороны, он мог сделать это и специально, после возвращения из селения, оставив, таким образом, кровавый подарок спецназу, который, как он понимал, сметет сопротивление тех сил, кого он оставил здесь.

— Вопрос второй: куда ушла банда?

— Они ушли туда, — он рукой показал на тропу, ведущую к хребту перевала, к водопаду, — все ушли, оставили только нас, самых молодых, недавно прибывших. Как сказали, для охраны лагеря. Ачмиз говорил, что русские сюда не сунутся.

Таранов выбросил окурок.

— Кто такой Ачмиз?

— Командир.

— Я понимаю, что не рядовой, чей командир? — уточнил вопрос капитан.

— Он помощник Палача и командовал всеми. Ачмиз и повел отряд туда, куда я вам показал.

— Ачмиз повел отряд?

— Да!

Наемник хотел повернуться, видимо, ему неудобно было лежать на боку, но движение стронуло раскрошенные кости, и дикая боль свалила его на спину, он громко вскрикнул. Но сознания не потерял, лишь побледнел, и лицо его покрылось крупными каплями пота. Наемник проговорил отрывисто:

— Хотя бы… обезбольте… ноги. Не могу… боль… адская!

Сержант Головин, присутствующий здесь же, достал боевую аптечку, хотел было вскрыть ее, но его остановил Таранов.