Теперь я лежу в теле юного князя, не чувствуя ног, в доме, атмосфера которого полностью пропитана враждебным ко мне отношением, не в силах даже в туалет самостоятельно сходить. До моего совершеннолетия осталось не так много времени, после чего я, не вынеся такой беспомощности и краха всех надежд, покончу жизнь самоубийством. Ну, по крайней мере, я думаю, что именно так будет звучать официальная версия моей смерти, когда меня по-тихому удавят. И все мое наследство перейдет к отцу. Вполне себе рабочая схема. Либо отдам все сам, либо заберут без моего желания. Безутешный папаша, наверное, даже большое пожертвование в храм Рода принесет. Но мне-то уже будет все равно. М-да, черный экран смерти налицо, выжить будет очень сложно.

Так, но это все меркнет перед тем, что я дико хочу в туалет. Звать кого-то? Нет, унижаться — это не мое. Как представлю ухмыляющуюся морду няни, так из принципа хочется сходить под себя. Пусть потом стирает мокрые простыни. Но нет, это, как говорится, не наш метод, да и лежать на мокром — так себе идея. Надо как-то задействовать ноги, которые меня не слушаются. Ладно, никто не обещал, что будет легко. Наоборот, обещали как раз море трудностей и превозмоганий.

Привычно ныряю внутрь к источнику. Картина удручающая, хотя... То, что предстало моему взгляду, мне очень не нравилось, но, как оказалось, я поспешил с выводами. Шанс на исцеление все-таки был. Нет, источник был разрушен, каналы уничтожены—но не все было потеряно.

Представьте себе глиняный кувшин, наполненный водой. Представили? И вот он падает и разбивается на множество осколков, вода, естественно, разливается. Но если присмотреться, не все осколки одинаковы — есть больше, есть меньше. И вот в одном из них, самом, наверное, большом, осталось немного воды. Ее бесконечно мало по сравнению с тем объемом, что был раньше, но, тем не менее, вода в нем есть и выливаться она не собирается. А если отдать этот осколок в руки опытному гончару, то вполне возможно, что он сможет восстановить кувшин.

Так и было с моим источником. Он был разрушен, но оставался внутри меня маленький осколок от некогда цельного центра хара, в котором сохранилось немного эфира. Я мог им управлять, теми каплями, что остались. Без каналов это было сделать нереально, все равно, что тушить костер с помощью ситечка для заварки. Но, как и в этом случае, капли достигли нужного места, а именно разрыва в позвоночнике.

Да, мне его залатали, но не до конца. С виду целый, а вот внутри все нервные окончания были разорваны в хлам. Однако мне удалось плеснуть на них чистой энергии. Это привело к тому, что мои ноги слегка дернулись, и я смог их почувствовать. Что ж, значит, этим и займемся. Не сразу, потому как остатки источника быстро истощились, но наполнялся мой осколок вроде неплохо.