Там меня уже фиг кто достанет!

Плевать мне на всякие аристократические заморочки. Урон там, или не урон чести… Если я подохну, мне будет уже все равно.

Нет, я не герой, я просто хочу выжить и вытащить сюда мать с сестрой. Спасать милых дам из лап злодея или освобождать миры — не мое. Если Хранителю нужен был такой герой, то он явно ошибся с выбором.

В общем, это уже хоть немного похоже на план, так и буду действовать. С этой мыслью я немного повозился в постели, жамкнул Настину грудь и заснул.

Лицо внимательно смотрящей на меня сестры было первым, что я увидел, проснувшись.

— Ты меня обнимал, как это мило! -заявила она. — Все-таки броня невозмутимости господина Тимофея дала трещину.

Забравшись на меня сверху, она поерзала попкой.

— Какие планы на сегодня?

— Для начала слезь с меня, извращенка, -попытался скинуть я ее. Но проще было оторвать клеща от тела, чем ее от меня. Ах так? Ну держись!

Резко переворачиваюсь и оказываюсь на ней сверху. После этого начинаю ее целовать — лицо, грудь, животик, опускаюсь ниже. Она дрожит, стонет. Еще ниже, она замерла, а я… выскальзываю из кровати и бегом срываюсь в душ, слыша несущийся вслед гневный вопль сестры.

Ее кулачки тут же забарабанили по двери, но я ее подпер всем телом и сдаваться не собирался. Фух, черт, чуть до греха не довела! Едва не сорвался. Надо прекращать, а то я тоже не железный. Да и сдерживаться с такой красоткой было очень сложно."

"Кстати, насчет сдерживания — в голове быстро пронеслись картины жаркого секса с тетей. И вот парадокс — это не было похоже на мой недавний секс в темноте! Чуть не та упругость груди, чуть не то тело. Неужели все-таки тогда была Света? Хотя, я был сегодня несколько выпивши, мог и не разобрать… Надо обязательно повторить, чисто в качестве сбора доказательной базы. Усмехнувшись своим мыслям, я заметил, что удары прекратились и теперь можно привести себя в порядок. Осторожно выглянув —я не трус, но я боюсь-и увидев, что моя комната пуста, я быстро оделся и вышел в трапезную.

Стол уже был накрыт и за ним сидели все, исключая сестру. Тетя подняла на меня глаза, оторвавшись от утренней газеты, слегка покраснела и тут же вновь погрузилась в чтение. А я с гордым и независимым видом принялся за еду, абсолютно не желая расспрашивать о том, как меня вчера привезли в поместье. Очередного удара мое самолюбие может и не выдержать. Хотя, уверен, доброхоты все расскажут — вон, как близняшки на меня поглядывают с хитрыми моськами.

— Тимофей, я бы хотел с тобой поговорить, -сказал Степа, увидев, что я собираюсь встать из-за стола.

— Все так серьезно? — не удержался я, глядя на его раскрасневшееся лицо. — Ну, тогда пошли в кабинет, там нас никто не сможет подслушать. Включим артефакт и поговорим.

Недовольные лица близняшек были мне как бальзам на душу.