Можно, конечно, как твердит та же маман, отправиться в библиотеку — институт, тут она права, на носу, а подготовкой к нему Надя себя в последнее время не утруждает. Но корпеть после обязательных уроков над дополнительными учебниками — исключительная тоска. А когда за окном дождь и хмарь — тоскливо вдвойне. Сто процентов: не занятия получатся, а снотворное. Лучше уж, так и быть, по классу подежурить. Оттирать от светлого линолеума черные обувные полосы и то веселей, чем зубрить неправильные английские глаголы или бесконечно мусолить про лишнего человека Базарова.

Надя крепко перекусила в столовке свежими булочками и отправилась к завхозу.

Вытребовала себе синий, почти чистый рабочий халат, самые целые резиновые перчатки и полбутылки пятновыводителя. Одноклассники, дурачки, когда им выпадает дежурить, пятна мыльной водой трут — сил и времени тратят в пять раз больше. Надя же (у нее всегда была склонность к ведению хозяйст ва, хотя в шестнадцать лет она этого и стеснялась) знала, что гораздо выгоднее заливать на пол пятновыводитель. Выждать пару минут — за это время чернота сходит сама. А потом без всяких усилий промыть чистой водой — и готово дело.

Начать уборку Митрофанова решила с задних рядов — там черных полос всегда больше, потому что мальчишки тусуются в своих грязных чоботах. Присела на корточки, аккуратно залила пятна. И в ожидании, пока химия подействует, там же, под столами, и пристроилась. А что, даже прикольно: в классе полумрак, за окном дождик наяривает, пол не холодный, и крышка парты — будто дополнительный домик. Не задремала, конечно, но расслабилась — минут на десять. А когда лениво открыла глаза, оказалось, что пятна даже и тряпкой протирать не нужно — сами исчезли.

Вот классная получается уборка! Заливай себе средство и, пока оно действует, дремли!

Но перейти к следующим партам Надежда не успела — дверь кабинета вдруг хлопнула. Кого это принесло? Степка, что ли, неугомонный? Заскучал без нее домой идти? Или историк чего-то забыл, вернулся?

Ни того, ни другого видеть ей не хотелось. Точнее, не хотелось, чтоб они ее видели — встрепанную, в рабочем халате и резиновых перчатках до локтей. Затаиться под партой, и авось в осенней мгле они ее не заметят.

Лишь бы свет в классе не стали зажигать.

— Включить, Лесенька, свет? Или мы посумерничаем? — услышала Надя голос историка.

Ух как! Он, оказывается, не один! А кто, интересно, сия Леся?

Надя осторожно высунула нос из-под парты и увидела тощую, будто скелет, девицу с огромным конским хвостом светлых волос. Девица на вид знакомая — кажется, учится в восьмом классе. Или в седьмом, Надежда, как и все выпускницы, на мелюзгу внимания не обращала.

— Как вам удобней, Иван Адамович! — прошепелявила малолетка.