Так и тянулись мои дни: с упаковкой бумажных платочков в кровати, плавно переходя из состояния бодрствования в состояние сна с перерывами на перекус. С Даниилом говорить не давали, а может, это он сам не хотел, только сообщали, что он готовится к бою и у него все хорошо. Ага, а вот у меня все плохо! Уговоры моей сиделки — Алисы не действовали, плакать я стала реже, но теперь на меня напала апатия. Я точно знала, что люблю Даниила, и в том случае, если он не вернётся или с ним случится что-то плохое на бое, я не переживу. Подруга грозилась вызвать психиатра и сдать меня в психбольничку, если я не начну есть и выходить из комнаты. Пришлось пойти навстречу ее требованиям, так как заработать волнующий психический диагноз совсем не хотелось.

Полегчало мне только в пятницу, когда Роман сообщил, что Арчинский оказался на высоте, порвав всех в мелкую тряпочку. Я с аппетитом поужинала в столовой, пока Алиса скакала вокруг меня, крича молитвы благодарности всем богам, что знала.

— Роман, если что, это твою жену надо уже в психлечебницу сдавать! — возмущённо порекомендовала я мужчине напротив, отрезая ещё кусочек изумительной отбивной.

Он лишь сдержанно улыбнулся и как-то нервно пробарабанил пальцами по столу. Мда, это знак, и знак чего-то не очень хорошего!

— Ромаш, говори уже! — попросила я, продолжая кушать, пока аппетит не пропал.

— Нет! — заорала его любимая женушка, оглушив меня. — Пусть сначала поест!

— Так, теперь точно хочу знать! Обещаю клятвенно, что все доем, даже могу тарелку облизать.

Роман к моему предложению отнесся крайне скептически, будучи аристократом до мозга костей.

— Хорошо! Арчинский в эти выходные не вернётся, у него возникли неотложные дела, так что его эпическое возвращение переносится на следующую субботу.

И снова м-да!!! Таракашки, которые до этого гордо молчали, объявив мне бунт, заголосили все разом, пообещав мне, что, если я не верну им Душку — Арчинского, они сожрут мой мозг и даже не подавятся. Маленькие предатели, и чего я их раньше не вытравила?!

— Ясно, надеюсь, эти переносы не станут регулярными и с концом вроде, а у него уже ребенку скоро год, а все тут жду, — спокойно ответила я, продолжая ужин.

Подруга стояла рядом с недоумением на лице.

— Алис, ну, чего застыла?! Или тебе проще, если я сейчас снова в слезы ударюсь?! — поинтересовалась, слегка улыбаясь.

— Господи, Линка! Нет, конечно! Просто я уже не знаю, как ты себя поведешь?

— Нормально! Я почти пришла в свое обычное состояние! И вообще, хватит го^спода всуе поминать! Когда ты стала такой верующей?!

— Да иди ты… я с тобой вообще скоро рехнусь! Мало ли, какие мысли у тебя в голове бродят, — пропыхтела девушка, оставив меня в покое, отошла к мужу и уселась к нему на колени.