Столкнулся и проиграл. Но вместо смерти, к которой уже приготовился — получил предложение, от которого не смог отказаться.

Предложение сдать всё и вся, а в обмен стать хтоном. Минуя неприятные стадии в карьерной лестнице Хаоса.

— Сознательный выбор, добровольное согласие и большая услуга… — прошептал Матвей одними губами. — Подарить узел Хаосу, и договор исполнится. Надо просто потерпеть… Просто потерпеть…

Он повторял это себе уже, наверно, в сотый раз, стоя за спиной порождений и насылая на лагерь Сопротивления отчаяние, страх и апатию. Сложные конструкты, которые съедали последние остатки УЕ. А ведь план был так хорош!

Всего-то и надо было в нужный момент отравить брата. Отравить не простым ядом, а специальным, который Джемрей выдал Матвею перед возвращением в Лысый Камень. Сам хтон не мог, а может, просто не хотел прийти ему на помощь на территории чужого узла, но яд…

Этот яд был настоящим сокровищем. Он убивал медленно, в течение нескольких дней. И пока был жив правитель узла, к его сюзерену не летело системное сообщение о том, что надо выбрать нового правителя.

А пока это сообщение не отправлено, всем плевать на Лысый Камень. Тем более, Матвей сделал всё, чтобы сюда и так никто не стремился. И надо же было в день нападения явиться этому Калинину, спутав все планы… Упорядоченное выкрутилось. Не отдало бесполезный узел Хаосу, вместо этого устроив глупую игру.

Матвей никогда не признался бы в этом, но он считал глупыми все игры, в которые не мог выиграть. Ведь приятнее быть лучшим в одной игре, где всех «нагибаешь», чем середнячком в разных. Да что там… Матвей даже чудодеем захотел стать потому, что в любимой компьютерной игре был магом, и там он оставался непобедим. И плевать ему было, что чем дальше, тем меньше людей в неё играло. Меньше конкурентов — чище воздух.

Вздохнув, Матвей вновь активировал ментальные конструкты, распространяя вокруг волну апатии и отчаяния, но что-то изменилось… Что-то в общей картине целей стало другим. Матвей буквально почувствовал, что некоторые цели, которые он накрывал конструктом, теперь слишком близко. Так близко, как не должны были быть.

Он широко распахнул глаза. И тут же принялся обвешиваться всеми защитами, которые у него были. А в следующую секунду что-то с силой ударило в щиты. Первыми лопнули те, которые были привязаны к земле. Они были пусть и не самыми прочными, но Матвей всегда ставил их на внешний контур. Потому что защита, привязанная к чудодеям, к сожалению, не спорила с физикой. И если щит не привязан к земле, то от сильного удара можно и улететь.

— Какого⁈.. — Матвей не успел выругаться, потому что вынужден был восстанавливать защиту. — На помо!..

На помощь позвать он тоже не успел.