Определенно.

У Ирины поджались интимные мышцы. Нет, не от внезапно вспыхнувшего желания. Ни в коем случае. А от ощущения, что она прикоснулась к чему-то запретному и, одновременно, к очень важному.

Она впервые видела Дмитрия таким — почти обычным. С легкой насмешкой, с блеском в глазах. Таинственный недуг, который поразил его, отступил.

— Из-за родителей? — спросила она и не прогадала.

— Да. У нас довольно суровый батя. Бывший генерал.

— Ого, — её брови невольно взметнулись кверху, выказывая удивление, которое она и не стремилась скрыть. — Говорят, бывших генералов не бывает.

— Так и есть.

— А ты… Вернее, вы оба, с братом, вы тоже последовали по его пути? Тоже служите?"

"Дмитрий слегка наклонился вперед. Какие-то секунды, и всё снова вернулось на круги свои. Перед ней снова сидел хищник, от вида которого всё трепетало в груди.

Особенно от осознания, что она заперта с ним наедине.

— Ваня — да… Он в системе. Я… Хм… Со мной немного интереснее, как любит говорить отец. Скажем так… Я больше по фармацевтической части.

Если Ирина думала, что сегодня её уже больше ничего не сможет удивить, она ошибалась. У неё даже рука повисла в воздухе.

— Фармацевт? Серьезно?

— Да.

— О… Да, не мажористая профессия. И чем ты занимаешься?

— Исследованиями.

— О, как.

Пусть и не полностью, но пазлы начинали складываться.

Пока всё, что он ей говорил, плохо воспринималось. Будь он простым мажором, было бы легче. Казалось бы — в чем? Мажоры, по крайней мере, так показывали по телевидению, — люди по большей части несерьезные, ветряные, привыкшие жить за спиной родителей. Безответственные. Сегодня они здесь, завтра там.

И пусть Дмитрий с первого дня показал себя другим, она хотела думать, что сможет это остановить…

Нет.

Не сможет.

Никак.

Волна дикой паники подобралась незаметно. Если раньше Ирина волновалась за своё тело, теперь — за жизнь.

Чего-то она не улавливала.

Ирина облизнула губы, не заметив, как дернулся кадык мужчины, когда он увидел её почти безобидный жест.

— А то… что ты здесь находишься и в таком состоянии… это тоже результат… твоей деятельности?

Дмитрий снова усмехнулся, и вся его расслабленность исчезла.

— Не совсем. Это… так, хобби.

— Ничего не понимаю. Честно.

— Ира, когда у людей есть всё, — начал он говорить, и внезапно у Ирины возникло желание прервать его. Чем меньше она знает о нем, тем безопаснее. Но Ира не остановила его, промолчала, — абсолютно всё, на каком-то этапе становится пресно. Ничего нового я тебе не сказал. И, казалось бы, уже всё придумано: и клубы разные, и развлечения, какие только можно и нельзя. Мы с братом пошли немного другим путем.

Он замолчал, внимательно наблюдая за её реакцией.

Ирина отложила всю еду и приборы. Не хватало ещё чем-то запустить в Дмитрия.