Вот теперь пришла саднящая боль в руке. Ещё не хватало занести инфекцию, тогда вообще будет весело. Слезы снова выступили на глазах. Да что ж такое! Ирина размазала их по щекам. Конечно, не помешало бы умыться, смыть грязь, кровь.

Нет.

Пусть будет такой неприглядной.

Быстро нашла всё, что требовалось, периодически потряхивая рукой от боли и прижимая её к груди.

Когда же закончится этот бесконечно долгий вечер?

Прижимая медикаменты и стараясь их не растерять, снова вышла на улицу.

Сталкер всё так же сидел на крыльце и пил кофе.

Откуда он такой взялся? Невозмутимый.

Ирина стиснула зубы.

Она что-нибудь придумает. Обязательно.

Молча опустилась рядом, протянула ему медикаменты и раскрыла руку.

Хотел обработать — обрабатывай.

Он заметил её бунт. Слегка усмехнувшись, открыл перекись и снова заключил её ладонь в свою.

Ирина старалась дышать ровно, абстрагироваться от лишних мыслей. Представила, что сейчас находится в приемном покое, и медбрат обрабатывает ей руку.

Ничего сверхординарного.

Странного.

Всё почти в пределах нормы.

Лишь предательские мурашки рассыпались по коже, не давая ей поверить в собственные мысли.

— Ты не должна была пострадать, — негромко заметил он.

— Это случайность. Просто зазор на заборе.

— Могу починить.

Услышав последнее заявление, Ирина горько усмехнулась."

"— Тоже остались инстинкты?

Парень равнодушно пожал плечами.

Действовал он аккуратно, надо отдать должное. Сбрызнул перекисью рану, потом ватным тампоном убрал грязь и снова обработал перекисью. И лишь тогда запечатал пластырем. Ира не хотела ничего чувствовать, не хотела никак реагировать на его действия.

Но что бы она себе ни говорила, и как бы ни убеждала себя, у неё ничего не получалось.

Эта нечаянная забота дезориентировала её. Причем Ирина не сомневалась, он в своих поступках искренен. Опустила голову и посмотрела на его руки. Крепкие, с широкой ладонью. Кое-где проступали свежие мозоли, точно он работал физически. Не мешки же с сахаром разгружал? Эта мысль заставила Ирину мысленно улыбнуться. Не похож сталкер на того, кто разгружает мешки.

— Почему ты не обратишься в полицию?

Её вопрос не совсем понравился незнакомцу — его пальцы на несколько секунд замерли.

— Не вижу необходимости.

— Как это? А может, тебя разыскивают?

— Сомневаюсь.

— Меня поражает твоя самоуверенность, — снова вспылила Ирина, даже потянула руку на себя, но снова тщетно. — Ты якобы ничего не помнишь, даже своего имени, периодически ночуешь у меня на скамье, но при этом выглядишь, как человек, которого совершенно не беспокоит происходящее с ним. То есть, по твоему мнению, всё в порядке? Так?

— Не пыли, Ир.

— И вот — снова.