Вам не приходило в голову, что это могло быть предупреждением, а не просто скандальными слухами?

Поэт стиснул переносицу.

— Я не знаю. Лисберн вам расскажет. Чуть ли не каждый день мне приходили письма от кого-то, кто утверждал, что я обещал то одно, то другое, включая женитьбу.

— Но это типичные письма с просьбами или примитивные попытки шантажа, — встрял Лисберн. — Судя по всему, те, кто писал, проигнорировали тот факт, что Суонтон только недавно вернулся в Лондон. И еще не успел сделать то, в чем его обвиняли. Или поухаживать за кем-то. У него на это просто не было времени.

Могу ручаться.

— Значит, женщина лгала? — сделала вывод Леони. — Это был спектакль, чтобы опозорить вас, и не более того?

Лорд Суонтон посмотрел на своего кузена.

— Так как? — Ей хотелось завизжать, но они и без этого пользовались достаточным вниманием. — Сегодня Общество модисток потеряло по крайней мере сто фунтов благотворительных взносов, потому что наша репутация теперь запятнана. Я не смогу ничего противопоставить этому, если не узнаю правду.

Лисберн начал снова:

— Моя дорогая, я обещаю…

— Не надо! — остановила его Леони. Никаких «моя дорогая».

Ни сейчас. Ни впредь. — По той же самой причине я лишилась еще и клиентов. Потребуются недели, а может, несколько месяцев, чтобы восполнить потери. Так что самое малое, что вы можете сделать для меня, джентльмены, это ответить честно.

— Мне бы хотелось, — сказал лорд Суонтон. — Но проблема в том, что я сам не знаю наверняка.

Глава 9"

"В мужчине тысяча недостатков — достоинств намного меньше. Он непостоянен и недобр, он лжив и скрытен, капризен, ревнив и своеволен. А также самодоволен и мелочен. Однако все женщины единодушны: за неимением лучшего пусть он будет таким.

А. А. «Литературный еженедельник», 1818 г.

Впервые Леони Нуаро не смогла ничего скрыть.

Впервые на ее лице отразились все чувства, и Лисберн прекрасно их понял.

Она смотрела на Суонтона с откровенным недоверием.

— Девочка… — заговорил Суонтон. — Женщина сказала, что ей нет еще пяти лет. И что все произошло в Париже. Это могло случиться.

— Могло… — повторила она.

— Он не помнит, — опять вмешался Лисберн. — И не имеет смысла пытаться заставить его вспомнить.

— Вы намекаете на амнезию? — уточнила Леони.

 — Потому что иначе… — На миг она закрыла глаза. Когда же открыла их, на ее лицо вновь вернулась маска. — Надо сильно постараться, чтобы меня поразить, лорд Суонтон. — Теперь ее голос звучал ровно. — Однако признаюсь, вам удалось застать меня врасплох. У вас в Париже было так много женщин, что вы потеряли счет?

Суонтон побагровел.

Он ничего не мог поделать с собой. Только бормотал что-то нечленораздельное. Давать объяснения выпало на долю лорда Лисберна, как всегда.

— Это было трудное время, — начал он.