Илья, смотрит на меня с хитрым прищуром, словно читает мои мысли.

Подмигивая, Мура заливисто смеётся, хватает пояс фартука и затягивает меня к себе на колени.

– Куколка, спасибо за завтрак! – шепчет Илюша мне в губы и нежно облизывает сначала нижнюю потом верхнюю. – Весь год думал о тебе… Руки стёр до мозолей…

– Чего? Найти не мог? – интересуюсь, делая вид, что не услышала его последнюю фразу.

Немного отодвигаюсь в сторону. Смотрю внимательно в его синие глаза и улыбаюсь своему такому желанному мужчине.

– Нет. Я тебя и не терял. Правда, не был уверен, что ты решишься на развод. Думал: все же пойдешь на примирение с мужем. Все таки больше тридцати лет вместе - это срок… Ну, и взрослые дети… В ту же корзину.

– Сижу, а ничего, что я старше тебя на десять лет, Илюш?

– Ты повторяешься, куколка… Меня это не пугает. Ты - моя! Я это понял еще тогда на танцах, когда тебя эти старые хрычи кружили и мацали.

– Что значит мацали? – удивленно вскидываю бровь."

"– Ну… Лапали. Как увидел, так аж руки зачесались. Этих старых меринов только возраст от расправы моей спас, – на полном серьезе говорит Илья.

По блеску его глаз понимаю, что каждое его слово – правда.

– Ты ревнивец?! – интересуюсь, всматриваясь в его синие глаза. – С женой развелся по этой причине?

Вопрос задаю специально, потому что ночью я уже пыталась завести разговор про его развод. Но… Муромец только отмахнулся. Дескать, все пустое, говорить не о чем.

– Понял. Не дурак. Хорошо. Объясню. Хотя вроде уже говорил об этом прошлым летом. Моя жена - дочь партнера. Красивая и очень не глупая. Мы долго просто общались. Она младше меня на десять лет. Ей было всего двадцать. Я погорячился, – Илья искренне вздыхает, – когда решил, что у нас получится. Мне уже нужны были гнездо и птенцы. Ей свобода от отца, который держал ее в ежовых рукавицах. Наша семья не сложилась. Но… У меня есть мои парни – Иван и Федор. Из-за них мы и судились несколько лет.

Говоря, Илюша берет меня за подбородок и внимательно смотрит в глаза, словно хочет что-то развидеть в них.

Немного зная Муромского, зеркалю его взгляд.

– Ну, спрашивай. О чем думаешь, но спросить не решаешься? – говорю Илюше прямо в губы и мягко вскользь касаюсь их.

– Эми, я завтра лечу в Москву. Мне нужно быть кровь из носа на совещании. Вернусь, дня через два. Хочу мальчишек привезти. Ты как к этому отнесешься?

– Что значит, как я отнесусь к этому? Прекрасно. Я люблю детей. Особенно мальчишек. Постараюсь найти общий язык с твоими сыновьями. Правда.., – обвожу глазами свою скромную студию. Ну, а впрочем в тесноте да не в обиде. А сколько твоим мальчуганам лет?

– Ване - девятый. Феде - седьмой. Они очень шебутные и немного расхлябанные. Ну, это потому что мать сыновьями в принципе не занималась и мне их не давала.