А стоило подумать, что няня там на нервах сидит с Никиткой, ее  просто начинало вымораживать с досады.

И если бы только это!

Она все не могла избавиться от странного впечатления, что у нее от разговора с Владом осталось. Зачем ему вообще было торчать вечером у офиса? Что за дела у него могли быть? Ее он, что ли там ждал? Глупости. Ведь если бы они не столкнулись случайно на Новогодней ярмарке, он бы о ней и не вспомнил.

И разговор этот. Кому это сейчас нужно?

«Марина, ты не понимаешь».

Какого черта?! Что он пытался ей объяснить?

Конечно, где уж ей понять, что там в ранимой душе Влада Сташкова происходит.

Она мрачно хмыкнула и посильнее сжала руль. А пробка стоит. Стоит, пробка! И это просто выматывает жилы. Ей хотелось взвыть. Уже пять минут, дважды сменился светофор, и вот опять зеленый, а они не сдвинулись с места. Можно глушить мотор.

Да вообще, поспать тут можно!

Опять загорелся красный. Она действительно заглушила мотор, вытащила телефон и набрала няню. Та со второго гудка ответила:

- Да!

Марина вдохнула поглубже и начала:

- Слушай, Ириш, тут такая пробка, все стоит.

- Ммм, - протянула та.

А она услышала, как издали донесся голосок Никитки. Сердце сжалось.

- Ириш, я скоро,  Сейчас пойдет уже. Я буду скоро, ага? - пообещала Марина скорее для себя, чем для няни, которой тоже еще домой ехать.

- Ага, давай.

Отключилась и уставилась вперед. Можно говорить, что угодно, а сделать ничего нельзя. Они обе заложницы обстоятельств. Прямо хоть бросай машину тут и иди пешком.

Но вот зажегся зеленый. И, о чудо! Она увидела, как один за другим загораются задние габаритные огни у стоящих впереди автомобилей. Наконец-то. Наконец-то пробка тронулась."

"В первую секунду у нее сердце подпрыгнуло от радости. Кинулась заводить мотор, а он никак. Марина сначала не поверила. Ее старенький опель иногда чихал, но чтобы вот прямо отказал, такого не бывало. А главное, момент такой неподходящий!

Машина не заводилась, и все.

Уже прошло движение, машины проезжали мимо, а она так и застряла с включенными аварийками во втором ряду. Ее объезжали, ей сигналили. Что теперь делать? Она готова была расплакаться от бессилия. В конце концов, психанула и вышла из машины, выставить треугольник. Готова была бросить все и хоть пешком идти домой!

И вдруг прямо рядом с ней, перегораживая движение, затормозил огромный внедорожник. Тот самый, Сташковский! Она бы его узнала с закрытыми глазами. Открылась передняя дверь, высунулся Влад и мотнул головой:

- Садись.

3.2

Откуда он взялся вообще?!

В первый момент она обомлела. А Влад еще рявкнул:

- Садись, Марина!

- Ты спятил! - от неожиданности она буквально вызвериалась на него. - А машина?

И тут проезжавший мимо внедорожник обдал ее снежной кашей из-под колес, обгудел, да еще что-то выкрикивал матом.