Они этот Израиль за пару минут пролетали. Потом боевой разворот над Сирией и обратно в Египет. Скорость то за три маха. Ну и отец там привез чеков кучу и какую-то болезнь, которую в Мацесте лет пять лечил.

В 78 году отца настоятельно стали выпихивать на пенсию. Он как мог отбивался, но в штабах свои причуды. У отца выслуга была с боевыми и северными 35 лет. Мол, дай дорогу молодым. Он аргументировал, что сын в десятый класс идет – дайте год дослужить – сам уйду. Не дали.

Тогда впервые собрали семейный совет. Решили, что отец едет в Уфу (он там призывался и имеет возможность получить квартиру вне очереди так как сдал свою служебную) и получает там квартиру. Маман категорически в Уфу не хотела. Ее тут все знают, она депутат, а в Уфе она никто. А мне тем более на фиг эта Уфа не упала. Там более, что у меня выпускной класс. Чего это я попрусь в Уфу в незнакомую школу и там сдавать на аттестат. Не-не. Нам такого счастья не надо. Мне еще поступать. А тут меня все знают и я точно на 4 и 5 все сдам.

В общем отца выпихнули – но он вытребовал себе все льготы за это и пенсию ему назначили аж 210 рублей. Ну и партийные взносы с них и забирали. Как он тогда матерился. Мало того, что в партию втащили, папаху не дали по выслуге, только подпола так еще этих коммуняк кормить надо на свою пенсию. Хотя полковником бы он получал рублей на 10 больше и только. Но как же – столько лет служить и не заработать папаху – не комильфо.

Так он и уехал в Уфу. Там мать у него жила – квартира есть. А мы с маман переселились в комнату в коммуналке дома, принадлежащего Республиканской больнице. Пока там наш глава решает вопросы по квартире мы тут в уголочке посидим.

Маман возглавила лабораторию больницы, а я окончив школу поступил на спортфак местного универа. Ну а что? Военно-медицинская академия накрылась медным тазом – зрение минус 4. Просто в мед идти я не хотел - там 7 лет до врача учиться. Да и потом врач у меня дома как наглядный пример. Пока ты выйдешь на нормальный уровень жизни лет 15 надо вкалывать и то основные плюшки это у хирургов. А с моим зрением точно в хирургию не возьмут. Да и тогда спорт бы пришлось бросить. А хотелось мастера получить – голубая мечта идиота.

,

Глава 2

Геленджик.

Макс выполз из автобуса на автостанции Геленджика выжатый как лимон. Серпантин его добил. Хоть на Кавказе он уже столько проехал по серпантинам и считал себя устойчивым к такому испытанию, но жара и бензиновая вонь от убитого ЛАЗа сделали свое черное дело.

Посидев и перекурив на воздухе, отправился к площади перед автостанцией, где местные ловили курортников. То есть охотились за баблом."

"Повсюду стояли бабульки с картонками с надписями «сдаю». Макс памятуя, что тут есть маклеры, которые могут найти приличное жилье стал выискивать взглядом таких живчиков.