Сходит на аборт. Очнись, ты сейчас просто всё просрешь…

— Можно я тебя с радостью… просру? — поднимая голову, смотря на него безэмоционально спросила тихо, — Десять лет… Десять долбанных лет я убила на тебя…

— Это я на тебя потратил свое время. На больную, не только башкой…, — его несло. Дыхание частое, глубокое, кулаки сжимаются. Лёша в бешенстве, но не я причина его истерики. Расстроен, что поймали? Что рухнул удобный ему мир? Что я не готова, как дура, принять его после измены?

— Закрой свой рот, — поморщилась перебивая его, не желая слушать оскорбления, — Ты мне противен. Я пришлю тебе документы на развод и раздел имущества…

— Конечно, — нервно рассмеялся он, — Тебя кроме денег ничего больше не волнует. Алчная и прошаренная баба.

— Что еще? — вскинула брови в изумлении, — Что меня может еще волновать после такой ""радостной"" новости? Здоровье будущей мамочки? Твое душевное равновесие? Да, алчная, да, прошаренная, да, больная. Вот и проваливай отсюда, — выплюнула ядовито, — Беги в светлое будущее. Там тебя заждалась, здоровая и бескорыстная беременная любовница.

— Да она в тысячу раз лучше тебя, — прошипел с ненавистью Лёша, наклоняясь к моему лицу, хватая меня за подбородок, больно впиваясь своими пальцами, оставляя на коже красные отпечатки, — Молодая, красивая, любящая меня, еще и…

— Руки убрал…, — жестко произнесла, пытаясь отвернуться, откинуть его конечности. Душу огнем жгло от боли, от его слов, что он специально выбирал пообиднее, зная куда бить, как садист, — Больше у тебя нет права трогать меня, ты потерял его.

— Кто из нас больше обеднел? — отпуская меня, бросил раздраженный Алексей, — Кому ты нужна? Несчастная, одинокая баба за тридцать. У тебя был я. Но ты не ценила, не смогла удержать…

Меня взорвало изнутри, будто кто-то завел таймер на бомбе, и вот сейчас она рванула. Не было больше терпения находяться с ним рядом, слушать тот ужас, что он нес.

Резко поднявшись на ноги, рванула к шкафу, открыла его и начала кидать на пол вещи Лёши, меня била истерика, рыдания сдержать не получалось. Швыряла его одежду и кричала:

— Ненавижу! Проваливай, сволочь! Уходи из моей жизни! Никогда не прощу!

— Истеричка, — выплюнул Алексей, наблюдая за мной. Хмыкнув себе под нос, развернулся и наконец-то покинул комнату. Хлопнула входная дверь, а я только тогда смогла остановиться. Держась за дверцу шкафа, сползла на пол… Задыхалась из-за рыданий, что выворачивали грудную клетку, разум просто разрывало от бессилия и боли…"

"Дрожала, обняв себя за плечи руками, раскачивалась из стороны в сторону, смотря в одну точку. Успокаивая себя. Квартира казалась чужой, мир казался таким большим, и в тоже время так давящим на меня… Озиралась на углы с опаской.