Я почувствовала, что волосы у меня на голове поднялись, словно от холода, и кое-как пригладила их. Двести лет назад. С 1945-го по 1743-й — достаточно точно. А женщины, которые проходили сквозь камень… Всегда ли это были женщины?

И еще кое-что пришло мне в голову. Женщины возвращались. Святая вода помогала этому, проклятия или нож, но они возвращались. Я должна вернуться к стоячим камням Крэг-на-Дуна… Вдруг это возможно… хотя бы вероятно… Я ощутила растущее возбуждение и одновременно тошноту. Потянулась за бокалом с вином, чтобы успокоить себя.

— Осторожно!

Я ощупью ухватилась за край почти полного бокала, который неосмотрительно оставила прямо на скамейке возле себя.

Длинная рука Джейми перекинулась через мои колени и едва удержала бокал от падения на пол. Он приподнял бокал, бережно держа его двумя сильными и крупными пальцами, поводил перед носом из стороны в сторону, принюхиваясь, потом передал мне. Вздернул брови.

— Рейнское вино, — только и могла пролепетать я.

— Да, я знаю, — отозвался он, поглядывая на меня лукаво. — Вино Колума, верно?

— Ну да. Хотите попробовать? Оно очень хорошее.

Неуверенной рукой я протянула ему вино.

Он немного помедлил, но взял бокал и пригубил немного."

"— Да, хорошее, — сказал он, возвращая мне бокал. — К тому же двойной крепости. Колум пьет его по ночам, когда у него ноют ноги. Сколько вы выпили? — спросил он, близко наклоняясь ко мне.

— Два, нет, три бокала, — с некоторой гордостью за себя ответила я. — Вы имеете в виду, то есть вы считаете, что я пьяна?

— Нет, — ответил он. — Я удивлен, что вы не пьяны. Большинство из тех, кто пьет его с Колумом, валится под стол после второго бокала.

Он забрал у меня вино и, наклонив бокал, медленно выпил его сам.

— Достаточно, — твердо произнес он. — Думаю, вам пить больше не следует, иначе вы не сможете подняться по лестнице.

Он протянул пустой бокал Лаогере, не глядя на нее.

— Отнесите это, барышня, — небрежно проговорил он. — Уже поздно. Я, пожалуй, провожу миссис Бошан в ее комнату.

Он взял меня под руку и повел к выходу, а девушка стояла и смотрела нам вслед с таким выражением, заметив которое я порадовалась, что взглядом нельзя убить.

Джейми довел меня до дверей моей комнаты и, к моему удивлению, вошел следом за мной.

Но удивление испарилось, когда он, закрыв за собой дверь, начал стягивать рубашку. Я забыла о повязке, которую хотела снять еще два дня назад.

— Я был бы рад избавиться от этого, — сказал он, проводя пальцами по сбруе из вискозы и полотна. — Целыми днями щекочет и натирает кожу.

— Удивляюсь, почему вы не сняли повязку сами, — ответила я и начала распутывать узлы.

— Боялся после того, как вы меня изругали, когда перевязывали в первый раз, — ответил он, глядя на меня с высоты своего роста и нахально ухмыляясь.