Он кивнул и, оставив дверь открытой, вернулся к столу. Усевшись на стул, взял в руки карандаш и наклонился над рисунком.

Я поставила кружку рядом и спросила:

— Это кот? — Разглядывая картинку, добавила: — Очень похоже.

— Это лошадь! — обиженно буркнул он.

— У, — протянула я и погладила мальчика по голове: — Это очень ласковая лошадь с мягкими копытами. Папе очень понравится такой подарок…

— Я рисую дедушке, — возразил Саша и поднял на меня глаза: — Он обещал научить меня кататься верхом, сразу как разрешит врач.

— Обещал, значит, научит, — подтвердила я. — Дедушка зря слов на ветер не бросает. Хочешь, я почитаю тебе про лошадок?

Саша тут же бросил карандаш и, пересев на кровать, выжидательно посмотрел на меня. Он почти не разговаривал, мало ел и боялся мужчин… Лишь моему отцу каким-то загадочным образом удалось отвоевать уголок в сердце ребёнка.

Но мальчик всё равно никого близко не подпускал. А первым делом, когда его привезли, потребовал отдельную комнату. У меня было ощущение, что это была мечта — своя собственная комната. Поэтому я попросила всех спрашивать разрешения у мальчика, прежде чем туда зайти. Чтобы никто не врывался в мечту Сашки, не топтал его чистую душу. Чтобы у сына был уголок безопасности.

Да. У сына. Я теперь жена Берегового, а Саша его сын, а, значит, и мой.

— А можно, — прервал он меня, — я почитаю? — Кивнул на мой живот: — Ей.

Я улыбнулась и протянула книжку. Буквы там большие, справится. Мы с Лёшей очень удивились, когда узнали, что малыш уже читает. Умненький."

"Саша медленно, спотыкаясь, принялся важно читать по слогам, а я тихонько гладила его по волосам и молча благодарила за любовь к нерождённой ещё девочке.

В дверь постучали, и я вопросительно посмотрела на Сашу.

— Войдите, — важно разрешил он.

Заглянула Ира:

— Врач приехал. Что сказать?

Я сжала ладошку мальчика и поднялась:

— Мы спустимся. — Ира кивнула и закрыла дверь, а я повернулась к Саше и спросила с улыбкой: — Я попросила, чтобы прислали тётю-доктора. Ты же поговоришь с ней?

— Я не боюсь, — раскусил меня ребёнок. — Пошли.

Но руки моей не выпускал до тех пор, пока доктор, вывалив на нас неприятные вести, не ушла. Я устало присела на стул и посмотрела в окно. Заметив приближающийся чёрный джип, сказала Саше:

— Твой папа вернулся.

Мальчик бросил играть с Рыжуней, которую Лютый по моей просьбе привёз сюда, поднялся и заявил:

— Я пошёл рисовать!

И убежал наверх. Я лишь вздохнула. Как же помочь Саше наладить отношения с отцом? Мальчик не только не признаёт его, но даже откровенно боится.

Поднялась и пошла встречать мужа. Лютый, сняв пальто, обнял меня и, обдав запахом бензина и сырой земли, невесомо прикоснулся губами к моим.