Если бы ты столкнулась с кем-то из аристократов до выхода со мной, было бы хуже. Сейчас твоего расположения будут искать и на многое закроют глаза. К тому же очень важно, что твой дебют связан с благотворительностью.

Ёжики святые, какая продуманность!

Я действительно потрясена до глубины души. Просчитать варианты, спланировать каждую мелочь. Невольно вспоминается Женя… Он очень продуманно со мной расстался…

— Мили, что-то не так?

— Осознаю, сколько предстоит сделать.

— Ха! Нам так завидуют, мечтают о модных платьях, старинных драгоценностях, балах и славе, но совершенно не думают о том, какую цену мы должны платить за пребывание на вершине.

Мили, не будем о грустном. Пойдём, я проведу тебя по приюту.

Я кивнула.

Ничего особенно интересного я не увидела. На первом этаже располагался небольшой холл, за ним — приёмная, и к ней примыкали рабочий кабинет и архив. Приют вёл учёт не только нуждающихся, но и закупок, трат. Направо располагались общая столовая и кухня. Центральную часть первого этажа отвели под хозяйственные помещения. И, наконец, слева обустроили общие помывочные."

"Я не слишком усердствовала, но выборочно проверила и продукты на кухне, и сохнущие после мытья тарелки, и стираное бельё в кастелянской, уделила внимание помывочным.

Везде было свежо, чисто, гигиена соблюдалась. Не идеально, нет. Про дезинфекцию здесь не знали. Но всё же впечатление сложилось очень приятное.

И было полностью перечёркнуто зрелищем, открывшемся на втором этаже.

Коридор, продолжение лестницы, ведущей дальше не третий этаж, по обе стороны дверные проёмы, закрытые лишь шторами.

Я вошла первой и застыла. Комнат не было. Всё пространство было заставлено сундуками с плоскими крышками, застеленными постельным бельём.

Я даже смогла оценить рационализм идеи — шкафы ставить некуда, каждый квадратный сантиметр на счету, так почему бы не держать вещи под кроватью, почему не использовать как кровать большой сундук.

— Тесно. Я знаю…, — Кара поморщилась.

— Не хочу лезть не в своё дело, но почему не расширить приют?

Кара вздохнула:

— Это наследие «Чёрного года».

— Хм?

— Так называют довольно тяжёлый кризис власти, разразившийся, когда мой царственный прадед скончался, оставив только малолетних наследников.

Аристократы группировались, пытались протолкнуть на трон своего ставленника, дрались за регентство. Тогда же соседи решили пощипать нашу территорию. Страна рухнула в бездну, нищета стала поголовной, трущобы на окраинах быстро разрастались и грозили поглотить даже центральные районы. Дошло до того, что гвардейцы прежде, чем перейти мост с Королевского острова в город снимали форму, потому что боялись истинных хозяев столицы. Можешь себе представить?

Я отрицательно покачала головой.