Она шустро забирается на переднее сиденье и бросает на меня удивленный взгляд.

— Где твой смокинг, Артур?

— Остался дома. Ты правда собралась ехать на дачу вот в этом вот? — киваю на её наряд.

— Постой-постой, Артур! Я подумала, что ты пошутил, когда попросил меня одеться потеплее, — её всегда невозмутимое и улыбчивое лицо кривится от обиды. — Значит твоя просьба надеть валенки не была шуткой?

Отрицательно мотаю головой и слегка улыбаюсь.

— Что здесь смешного, Артур? — вскрикивает Алла. — Я собиралась отметить этот Новый год как-то особенно! Думала, что мы поедем на райский безлюдный остров, где будем минимум неделю валяться на лазурном побережье океана ни в чем себе не отказывая…

Чем больше она возмущается, тем отчётливее я понимаю, что её идеальность была лишь маской.

Сейчас передо мной сидит настоящая Алла — слабая и ранимая женщина, которая дала волю чувствам и эмоциям. Может быть это и хорошо, но меньше всего я хочу, чтобы мне выносили мозг в канун Нового года.

— Знаешь, я же почти не расстроилась, узнав, что за пределы России мы не уезжаем, — истерично смеется она. — Смирилась, но готовилась к тому, что ты позовешь меня в какой-нибудь роскошный ресторан, где будет изумительная кухня и новогодняя концертная программа.

А под конец вечера мы останемся ночевать в президентском номере отеля и всю ночь, до изнеможения, будем заниматься сексом.

Она заканчивает свою пламенную речь и тяжело вздыхает."

"— Этот Новый год и есть особенный, — отвечаю спокойным голосом опустив ладони на руль. — Потому что я собирался отметить его в кругу семьи. В узком кругу семьи, куда собирался взять и тебя.

— Да брось, Артур! Валенки, ёлка, шашлык и загородная дача — это по-твоему особенно?! Да ты посмотри на меня — я как дура вырядилась в платье от Валентино, весь день провела в салоне и с нетерпением ждала твоего приезда, а ты.

.!

Она осекается и кажется начинает понимать, что сболтнула лишнего.

— Я предупреждал тебя, Алла. Жаль, что ты не поняла меня с первого раза, — смотрю на наручные часы и понимаю, что времени остается всё меньше. — У тебя есть ещё полчаса, чтобы переодеться и спуститься ко мне.

— Чёрта с два! — из её глаз брызжут слёзы, которые не вызывают у меня ничего кроме раздражения.

 — Ты как хочешь, но я остаюсь дома!

С этими словами Алла открывает дверцу моего автомобиля и спрыгивает на землю. Звонко цокая каблуками удаляется к подъезду и исчезает из моего поля зрения. Что же, если она думает, что я буду бегать за ней и умолять поехать со мной — Алла крупно ошибается. Я завожу машину и тут же трогаю с места в сторону загородной трассы.

***

— Ну наконец-то, пап! Мы думали, что ты не приедешь — Макс отряхивает снег с моей куртки и похлопывает по спине.