Терпкий запах его парфюма плавно окутывает в свои сети; я понимаю, что бессильна перед ним, что слаба.

Не знаю сколько мы стоим так, обнявшись, но от присутствия третьего лица мне становится не по себе, поэтому я отстраняюсь и принимаю цветы у Артура. Пересчитывать розы не пытаюсь, потому что едва обхватываю букет руками.

— Спасибо, они очень красивые, — отвечаю тихим голосом.

Ненадолго выхожу в гостиную и ищу там подобие вазы, но разве встретишь её в квартире у холостяка? На кухне мне под руку попадается стеклянная банка, которая тоже отлично выполняет эту функцию.

Артур сегодня особенно красивый, я отмечаю это про себя, когда он садится за стол и с благодарностью принимает от меня свою порцию ужина. На щеках виднеется трехдневная щетина, которая ему безумно идёт; глаза уставшие и серьезные, но, когда смотрят в мою сторону, становятся будто бы теплее.

В этот момент в электрокачелях начинает капризничать Алёшка, привлекая своим плачем моё внимание. Я ненадолго отлучаюсь, чтобы покормить его и уложить спать. Сынок засыпает достаточно быстро. Я перекладываю его в кроватку и несколько минут наблюдаю за изменившейся мимикой. Он смешно хмурит бровки, когда оказывается без моих ручек и собирается заплакать, но я тут же начинаю качать кроватку и успокаиваю малыша. Спустя несколько минут слышится тихое ровное сопение сына и, накрыв его вязанным пледом, я выхожу из комнаты.

— Так зачем ты пришёл сюда, Макс? — спрашивает Артур у сына, когда я замираю неподалеку от кухни.

Не знаю, что мне делать — вернуться в комнату или прервать их разговор? Переминаюсь с ноги на ногу за стенкой и стараюсь не подслушивать, но говорят они слишком громко, чтобы не слышать их мужской разговор.

— Я не могу теперь проведать своего сына? — рычит в ответ Макс. — Только потому, что Настю теперь трахаешь ты?

Слышится странный грохот, и я почти вскрикиваю в голос, но вовремя прикрываю рот ладонью. Помешать им или дать возможность самим разобраться?

— Заткнись, Макс. Ещё одно твоё слово, и я не посмотрю на то, что ты — мой сын, — отвечает Артур. — Ты же пришел, потому что тебе нужны деньги? Так ведь? Лимит по карте исчерпан, я проверял.

Максим несдержанно матерится, а потом вздыхает и ошарашивает новостью:

— Да, нужны! Мне нужны несколько тысяч баксов. Есть шанс, что с нами заключат контракт и я уеду в Штаты.

— Контракт? На сколько лет, Макс?

— Пять лет, — отвечает он негромким голосом.

— И ты собрался бросить здесь Алёшку? Плевать тебе, да, как он будет здесь без тебя расти?

Максим молчит, а меня слёзы душат. Каким бы он не был отцом, я всегда ждала, что однажды он прозреет. Будет проводить свои выходные с сыном, водить его в парк аттракционов или зоопарк. Станет учить стрельбе из лука, кататься на велосипеде и играть в футбол.