Затем, вер отвязал всех лошадей в конюшне и, распахнув ворота, с зычным гиканьем выгнал их во двор. Я застыла в шоке: что он делает?! Он же сейчас всех эльфов перебудит!

Взмахнув хвостами, кони эльфийской стражи с радостным ржанием бросились на свободу. И что тут началось! Мы увидели, как в таверне зажегся свет, и захлопали двери. Следом донесся разъяренный вопль Деуса, поносившего начальника стражи, его вояк и некую «проклятую девчонку». Ему вторил капитанский бас, рычавший на своих подчиненных. Двор заполнили топот десятка ног и бряцанье оружия — и над всем этим бедламом, как вишенка на кексе — истерический вопль хозяйки заведения:

— Гра-а-абя-я-ят!!! Убива-а-аю-ю-ю-ю!!! Во-о-оры-ы!!! Уби-и-ивцы-ы-ы!!!

Арлет стрелой взлетела на коня, едва раздались первые крики. Ее брат закинул меня на спину гнедой с таким раздраженным выражением на лице, что я невольно вновь почувствовала себя мешком с известным удобрением. Я вцепилась в гриву лошади, не успев даже поймать повод, оставшийся бестолково болтаться с боку, и тут этот подлый гад хлопнул ее ладонью по крупу. Копытная скотина, издав торжествующее ржание, поднялась на дыбы и в тот же миг рванула с места в карьер, едва не оставив меня валяться в пыли. И это поистине был самый экстремальный момент во всей моей недолгой жизни!

Вцепившись в зверюгу руками и ногами, практически слившись с ней всем телом, и молясь лишь о том, чтобы слезть с нее живой, я неслась неведомо куда. Еще с первых мгновений этой неистовой скачки, я инстинктивно зажмурилась, не желая встречать свой конец лицом к лицу, но раздающийся рядом дробный перестук копыт говорил о том, что веры не бросили меня на произвол судьбы. В какой-то момент я рискнула и оторвала голову от лошадиной шеи. Рядом со мной, держа мою вороную за повод, летел, как ветер, Савьен на гнедом жеребце, а его сестра во весь опор неслась на несколько метров впереди нас."

"Кто знает, сколько времени продолжался этот безумный марафон. Я даже представить себе боялась, какую скорость мы развили, километров шестьдесят в час, не меньше! На каждом повороте я прощалась с жизнью, ожидая встречи с землей, и еще сильнее вцеплялась в гриву. Почти сразу затекло все тело, не чувствовалось ни рук, ни ног, и только отчаянное желание жить не давало мне соскользнуть с лошади и погибнуть под ее копытами. Я боялась даже оглянуться, хотя мне страшно хотелось знать, нет ли за нами погони. Пока, наверняка, нет, но как только эльфы соберут своих лошадей, они тут же кинутся по нашим следам. И тогда моя жизнь будет в руках Савьена и его сестры.

Еще в самом начале мы свернули с главного тракта в густой перелесок и теперь неслись галопом по разбитой грунтовой дороге, петлявшей между темных островков деревьев.