Я огромная ходячая батарейка!

Айренир смотрел на меня такими голодными глазами, что я невольно сжалась, чувствуя себя маленькой и беззащитной. Его потемневший взгляд буквально прожигал меня насквозь, и в нем угадывалось едва сдерживаемое безумие. Под этим пронзительным взглядом я вдруг почувствовала, как внутри моего тела зарождается горячая волна. Она разлилась внизу живота сладким томление и промчалась по всему телу острой жаждой прикосновений. Я прикрыла глаза, едва сдерживая очередной всхлип.

Видимо, что-то отразилось на моем лице, потому что принц вдруг отшатнулся и хрипло произнес:

— Не убегай, Эль, я больше не выдержу…

— Больше не надо, — выдохнула я и шагнула в его объятия, отпуская на волю все свои чувства.

С моих уст сорвался призывный стон, когда горячие мужские губы накрыли мой рот, а руки осторожно, но настойчиво заставили опуститься на траву. Пришло время консумировать наш брак, заключенный при весьма неприятных обстоятельствах, но переросший в нечто большее, чем подразумевалось договором. И мне было абсолютно наплевать, что священное таинство любви происходит, по сути дела, на алтаре одной из богинь, а последствия могут быть не слишком приятны.

Все это отодвинулось на задний план. Я подумаю об этом после, когда буду в состоянии думать.

* * *Уложив меня на землю, Айренир застыл между моих ног, нависнув надо мной и удерживая свой вес руками. Я видела, как он был напряжен, как вздулись мышцы на его руках, а на висках блестели капли пота. Его длинные волосы накрыли нас серебристым плащом, когда он медленно потянулся к моим губам.

— Я люблю тебя, — его голос был низким и хриплым от едва сдерживаемой страсти, а в глазах горел настоящий огонь, опалявший меня своим жаром.

Его губы были повсюду, они исследовали меня с такой тщательностью, будто я была ландшафтом неизвестной местности, которую следовало нанести на карту. Его руки скользили по моей коже, пробуждая тысячи нервных окончаний, заставляя меня вздрагивать и стонать.

Это было совсем как там, в крепости, только теперь в его движениях чувствовалось странная неторопливость, словно он наконец-то добрался до любимого десерта и собирался смаковать его часами. Его поцелуи были легкими, движения медленными, они вызывали во мне ощущение сладкой патоки, которая прокатывала по всему телу волнами нестерпимого жара, заставляя меня изгибаться в его руках и молить о большем. Я медленно теряла связь с реальностью, погружаясь в сладкое безумие.

Он покрыл поцелуями мое лицо и шею, постепенно спускаясь все ниже. Его язык вычерчивал на моей коже влажные узоры, но мне казалось, что при каждом его прикосновении на моем теле расцветает огненный цветок.