Спел бы ты так в клубе – тебя закидали бы тухлыми помидорами! Пойдём лучше к морю.

Женя надулся, но послушно поплёлся за мной.

Увидев, как я перемахнула через парапет, он вздохнул:

– Ну почему нельзя как нормальные люди?

– Я ненормальная, и так быстрее.

Женя перепрыгнул через ограждение, и снова на его лице отобразилось недовольство:

– Зачем ты сняла обувь? Холодно же. Заболеешь.

– А мне нравится чувствовать ступнями холод. И когда больно идти по камням, тоже нравится. Разве жить – не означает чувствовать?

Мы сели у самой кромки моря, ночью казавшегося абсолютно чёрным. Я набрала в ладонь гальку и стала кидать в воду.

– Жень, а как у тебя всё произошло впервые с Сашей? – я сама от себя не ожидала, что задам такой вопрос. Но мне показалось, что ужаснее Жениного пения я уже ничего сегодня не смогу услышать. Да и Женя навряд ли захочет рассказать подробности своей интимной жизни.

Он посмотрел на меня испытующе:

– Ты, правда, хочешь это знать? Зачем тебе это?

– Просто. Интересно.

– Ну ладно. Мы с ним учились на одном курсе. Он был весёлым и острым на язык, от него были без ума все девчонки нашего курса. Мы сдружились. Он жил на квартире, которую снимали для него родители. Сам он из небольшого городка в паре сотен километров от нашего, а, значит, здесь он был предоставлен полностью сам себе, никакого контроля. Я часто бывал у него в гостях. Мне нравилось, что у него я мог чувствовать себя полностью свободным, не то что дома.

– Так он тоже юрист? Где он работает?

– Он решил, что юриспруденция – это грязь, и устроился менеджером в фирму, занимающуюся производством строительных материалов.

– И что дальше было? – я испугалась, что он переведёт разговор на другую тему. Сашина судьба меня не особо волновала.

– Дальше… Как-то я был у него в гостях. Мы готовились к экзаменам, валялись вдвоём на его кровати с конспектами в руках, шутили. Мне показалось, что он слишком близко ко мне придвинулся. Я отпихнул его так, что он свалился с кровати. Он разозлился, запрыгнул как кошка на меня с явным намерением придушить, но вместо этого поцеловал. Я был в шоке от происходящего, но ещё больше я был шокирован от того, что почувствовал сильное возбуждение.

– То есть ты выбрал себе любимого членом? Или даже член выбрал тебе любимого.

– Можно и так сказать, – как-то печально улыбнулся Женя.

– Он был твоим первым парнем?

– Единственным.

– А ты у него?"

"– Не первый и не единственный. Я спрашивал у него, с кем он был до меня, но он мне говорил, что это не имеет никакого значения, потому что я лучшее в его жизни. Теперь ты рассказывай, – посмотрел на меня с улыбкой Женя.

– О чём? – да, действительно, о чём я думала, когда задавала ему такие вопросы?

– О том. О первом парне.

– Ну… Всё было так же, как у тебя.