Соня в своей стихии.

Не могу ничего с собой сделать, открываю дверь и выхожу, иду в сторону входа. Ведь я же могу подойти поближе, просто поздороваться, узнать как она. Толкаю стеклянную дверь и вхожу внутрь, тут меня сразу окутывает теплом и свет начинает ослеплять.

Втягиваю в себя воздух, пытаясь прийти в норму. Мы бывшие муж и жена, нет ничего такого в том, что я решил заехать. Тем более приехал ведь на неделю. Просто хочу увидеть.

Медленно иду к Соне навстречу, пытаюсь переловить ее взгляд. Она отпускает своего собеседника и рассеянно смотрит перед собой.

Наконец, замечает, и ее глаза расширяются.

В них появляется растерянность и испуг.

– Соня, привет, – стараюсь говорить как можно более спокойно, – я проездом был, решил заскочить на минутку. Посмотреть на твою выставку.

– Ты в Москве, я не знала, – она бегает глазами по залу и возвращается ко мне, – надолго?

– На неделю, у Миланы второй ребенок, инфаркт у отца, слишком всего много. Я решил приехать, – не могу отвести от ее лица глаз. Все те же огромные голубые глаза, в которых я тонул. Подрагивающие губы и милая родинка на щеке. Такая совершенная и красивая, – видел анонс и не удержался.

Рад, что у тебя все получается.

– Спасибо, слышала, ты женился, – Соня дежурно улыбается.

– Развелся, – качаю головой, – похоже, семья – это не для меня. Не гожусь, – в горле ком и я цепляюсь за подвеску на Сониной шее, ту самую, что так давно подарил, еще при нашей первой встрече, – все еще носишь.

– К-красивая, – она нетерпеливо оглядывается и перетирает между пальцами камушек, – выставка уже закончилась, мы сворачиваемся.

– Знаю, поэтому и приехал сейчас, – подхожу к ней ближе, хочу втянуть ее запах, – не хотел тебя смущать и приезжать в самый разгар, – а как ты? Вышла замуж?

– Нет, – она осекается.

– Прости, Соня, – сжимаю кулаки, – мне не нужно было приходить, слишком тяжело нам обоим.

– О нет, – она смотрит мне за плечо и ее глаза становятся еще шире. Взгляд беспомощно мечется куда-то мне за спину и опять ко мне, – Ренат, не смотри.

– Что? – оборачиваюсь и застываю.

Меня ведет сразу же. Она такая маленькая. Черные волосы до пояса, карие глазки. Бабушкин курносый носик и счастливая Сонина улыбка. Она наша. Сонина дочка? Моя? Сколько ей? Больше трех?

– Соня, что это? – перевожу ошарашенный взгляд на нее и обратно на девочку.

Промаргиваюсь, тру лицо ладонью. Настоящая, мне не кажется.

– Мама, – девочка подбегает и тянет к Соне руки, – я скучала.

– Я тоже, Мали, – Соня тревожно обнимает малышку и смотрит на меня.

А мне становится не по себе, перед глазами плывет, и я оседаю на пол.

– Мали? – с трудом могу говорить и неотрывно слежу за малышкой, которая сразу оборачивается ко мне, услышав, как я назвал ее по имени.