– Я хочу, чтобы ты уехала со мной, – Ренат смотрит прямо мне в глаза не отрываясь.

– Ты спятил? – меня обдает жаром. Сажусь на кровать и подбираю под себя ноги. Знала, будет тяжело, но не думала, что Ренат зайдет так далеко. Неужели он не понимает, что это невозможно.

– Соня, я люблю тебя и хочу, чтобы ты уехала со мной.

– Нет, – спрыгиваю с кровати и начинаю натягивать на себя платье, – да как тебе такое в голову вообще могло прийти? Никуда я не поеду.

– Соня, пожалуйста, послушай.

– Нет, – прерываю его, – я выхожу замуж за твоего брата, у нас все отлично.

– Серьезно? – Ренат стискивает зубы, – и зачем тогда тебе был я?

– Это была ошибка, – я, наконец, справилась с платьем и принимаюсь за босоножки, – моя и твоя.

Ошибка. Вот самое верное слово, которое подходит к нам обоим.

– Ты сама себя обманываешь, Соня. Если бы ты так любила Тима на самом деле, никогда не подпустила бы меня к себе.

– Ренат, – подхожу и обнимаю его за талию, – давай расстанемся на хорошей ноте. Мы оба позволили себе больше, чем было возможно. Наш роман был прекрасен, и я могу честно сказать, что так хорошо с мужчиной мне не было никогда.

Как же больно. Мне. Ему. Нам обоим.

– Я тебя не отпущу, – Ренат обнимает меня за плечи и с силой сжимает, в его глазах появляются опасные огоньки, – ты уедешь со мной.

– Пусти, – пытаюсь его оттолкнуться, но у меня не выходит, – я не поеду в эту жуткую страну ни за что в своей жизни.

– Она не жутка, Соня, – Ренат обнимает меня за талию и ведет в гостиную.

– Там один песок, ужасная жара и женщины носят паранджу, да они вообще за людей не считаются.

– Соня, ну что за предрассудки. Ты не будешь ее носить, если не хочешь.

– Не хочу и не буду, я никуда не поеду, – отталкиваю Рената и вжимаюсь в диван, – я хочу жить здесь.

Его слова начинают меня порядком пугать.

– Поедешь, – звучит угроза и он присаживается на противоположный край дивана.

– Нет, и ты меня не заставишь, я хочу уйти.

– Нет, – он качает головой, как будто все давно решил за нас обоих, – на этот раз будет так, как я хочу, Соня. Я скажу Тимофею о нас в любом случае.

Сердце останавливается.

Он не может всерьез такое говорить, не может! Это же испортит все. И его отношения с семьей в первую очередь.

– Ты этого не сделаешь, ты же мою жизнь разрушишь, – закрывает лицо ладонями. Я во все это не верю. Ренат ведь обещал, что не отнимет у меня близких людей. Он обещал.

– У меня нет другого выхода.

– Отпусти, – слова болезненно рвутся изнутри.

– Не могу, ты сама во всем виновата, Соня. Свела меня с ума, – цедит он сквозь зубы, – или думала, поиграешься, и тебе это с рук сойдет. Я тебе не мальчик какой-нибудь.

Знаю, что никакой Ренат не мальчик. На этот счет у меня никогда не было иллюзий.